Кодекс Охотника. Книга X

— Наверное, ему ноги перебило, вот он и не смог выйти, и поговорить лицом к лицу, или это просто трусость?

— Ты переступаешь черту! — водитель взял он себя в руки, и гордо поднял голову вверх. — Мой господин хотел договориться по-хорошему, чтобы ты прилюдно принес извинения, и все решилось миром. Теперь он передумал, — и ехидно улыбнулся, поправляя свой костюм. — Вечером тебе придет счет за ремонт поврежденной, по твоей вине, техники. Прощай...

Развернулся и ушел в свой транспорт.

Вот надо же такое. Значит...

— Можешь сразу объявление войны выслать, я не откажусь. Легко воевать с трусами, — бросил ему в спину, и тоже направился к себе.

Волк только зло пыхтел все это время, сдерживая себя, чтобы не пойти и не сломать всем шеи.

— Полицию вызывать будем? — уточнил он на всякий случай.

— Ну, никто не пострадал, так что нет, — покачал головой я. — Да и не хочу, чтобы дело обошлось просто штрафом. Давно мы не устраивали показательную порку.

— Никогда? — предположил Волк.

Я улыбнулся.

— Боюсь, что это именно так, хотя... Мне же всё равно нужны деньги.

Всю дорогу мы общались с Волком насчет произошедшего, и чего можно будет ожидать от этих дебилов.

Война? Пфф... Да, пожалуйста! У меня есть, чем их удивить. Правда есть один нюанс, в виде моей благородной гостьи, хотя... есть у меня один план!

Я был зол... Шнырька тоже в ярости, а вот Волк просто пылал гневом, как факел.

улицы Иркутска

Граф Шастунов возвращался с охоты, после которой у него было плохое настроение. Вот только подумать... Он взял с собой целую армию, а тварей с Эпицентра настреляли меньше всех.

Сегодняшний день не был моментом его славы, как он планировал, дабы удивить своих друзей.

Недавно он из Имперского Института Изучения и Разработки Артефактов выкупил несколько опытных образцов артефактных винтовок, и с помощью их хотел произвести фурор в закрытом охотничьем клубе, в котором занимал должность почетного председателя.

Однако удача отвернулась от него, и винтовки оказались не способными пробить даже кожу Носорогусов, не говоря уже о том, чтобы убить их. Пришлось задействовать свою гвардию. Они, конечно, справились, но такая дичь уже не считалось лично убитой графом.

— Вина, господин? — предложил ему слуга выпить, чтобы утопить в нем горе.