Закон дороги

Он расходует минимум моих сил при максимуме отдачи, кроме того, я сделал так, что он может чувствовать чужое колдовство и предупреждать нас об этом.

- Очень кстати, Дар, свет нам не помешает, - сказала Тайри, всматриваясь в уходящую в сумрак дорогу.

Вот уж кому совершенно не по вкусу пришелся «светлячок», так это нетопырям. Они подняли такой гвалт, который не смог приглушить даже купол.

- Если бы я умел, то создал бы им достойного противника, - робко сказал найденыш, - он бы с ними сражался, отвлекал от нас внимание.

Да и напугал бы тоже. Может, тогда они и орать бы перестали?

Маги переглянулись удивленно: и как это им самим не пришло в голову?

- А малыш правильно мыслит, - согласился Даррен, - растет прямо на глазах. Хороший стратег из него получится.

- Еще бы вспомнить, кто у этих тварей считается естественным врагом, - проговорила Одри.

- Смеяться будете, господа маги, но мне отчего-то подумалось, что на летучую мышку нужна летучая кошка, - сказал Габриэль де Рейвен, почесывая за ухом только что не улыбающуюся во всю свою зубастую пасть Тилу.

- А это выход, дружище, - согласился Лоцман, - изобразим, Тайри? Тила, поможешь? Вспомни самого могучего вашего воина, покажи нам в мыслях, а мы постараемся его воплотить. Устроим нашим крылатым друзьям веселье. Только придется лепить полновесный фантом, вполне себе осязаемый. Простой иллюзией тут не обойтись.

Волшебники объединились в "кольцо", под защитным куполом сгустился серебристый туман, и вскоре рядом с Тилой стоял огромный тигр, расправляющий сильные крылья.

- Ох, и знатная же зверюга! - восхищенно выдохнул воин, - честное слово, кабы не знал, что это ваше творение…

- Ну, настоящий Мергар Непобедимый был куда внушительнее, - услышал он мысленный шепот крылатой кошки, - Правду сказать, с этих кровопийц и такого будет довольно. Скажи друзьям, пусть выпускают его. Над нами целая туча мерзких тварей висит, Мергар бы такого не допустил.

Стоило крылатому фантому покинуть купол, как среди нетопырей поднялась настоящая паника.

Наблюдать, как он расправляется со зловредными летунами, волшебники не стали: огонек Лоцмана почувствовал далеко впереди темное колдовство. Где-то кипел бой, и нешуточный. Хранительница и Лоцман ощущали чужое напряжение, боль и ужас умирающих, дикое необузданное ликование побеждающих, отголоски чьей-то леденящей душу волшбы и слабеющие с каждым разом попытки от нее защититься.