Охота на лиса

Скоро, скоро заснуют туда-сюда гончие со сморщенными мордами и свисающими ушами, разнюхивая в плетистых корнях, друг за дружкой, не спеша, чтобы выследит его, неотвратимый ночной ужас, похищающий и пожирающий молодняк. Там, позади них, на высоких скакунах, появятся всадники в своих красных плащах, бесшумные, как тени, они проедут верхом, проплывут по траве: егерь с рогом; загонщики с кнутами; полевые охотники, одни в красных плащах, иные же в чёрных, круглые шляпы-жокейки плотно сидят на их головах, глаза устремлены вперёд, на гончих – скачут, скачут.

Среди них сегодня будет Диаманте бон Дамфэльс – юная дочь бонов, Димити – она щурит глаза, чтобы держать гончих вне поле зрения, бледные руки сжимают поводья, хрупкая изящная шея, словно стебель цветка, затянута в белом охотничьем галстуке, чёрные лаковые сапоги лоснятся, бархатистое чёрное пальто по фигуре, чёрная жокейка, плотно облегающая её хорошенькую маленькую головку, – скачет, скачет, в первый раз на лисье охоте.

И где-то там, в том направлении, куда они все скачут, может быть, высоко на дереве, среди многочисленных рощиц в бескрайних прериях, притаился лис. Опасный, лютый зверь. Зверь, который уже учуял, что они идут за ним.

2

Среди бон Дамфэльсов поговаривали, что всякий раз, когда Охоту устраивала их эстансия, погода была идеальной. Семья считала это своей личной заслугой, хотя с таким же успехом это можно было бы приписать цикличной смене устроителей охоты, которая выпадал на долю бон Дамфэльсов ранней осенью.

В это время года погода почти всегда была идеальной. Впрочем, также, как и ранней весной, когда чередование циклов снова возвращало Охоту в их края.

Эстансия бон Дамфэльсов носила имя Клайв в честь почитаемого предка по материнской линии. Сады Клайва считались одним из семидесяти чудес света. Охота неизменно начиналась в той части садов, что звалась «первой границей». В качестве принимающей стороны, глава бон Дамфэльсов Ставенджер выступал как «Хозяина Охоты».

Перед этой первой охотой осеннего сезона – как и перед первой охотой каждой весны и осени – он выбрал из своего многочисленного разветвлённого семейства егеря, а также первого и второго загонщика. Итого три человека.

Егерю он вручил искусно изогнутый, украшенный гравировкой родовой рог бон Дамфэльсов, инструмент, способный издавать приглушённые трубные звуки с мягким серебристым оттенком.