Архипов. Стратег

— А если патрульных бесшумно уберут, пока вы будете у моста торчать? Выполнять приказ! Если через сорок минут не увижу вас на месте, пеняйте на себя.

— А часы хоть у кого-нибудь есть? — поинтересовался Глеб.

— У меня есть, все в порядке, — успокоил нас Егор, показывая левую руку.

Это на первый взгляд кажется простое задание, а уже после первого круга мы поняли, что к концу смены упашемся как лошади. Даром, что молодые и одаренные — даже дар тут не поможет выдержать такие нагрузки. Боюсь представить что будет, если придется вступать в бой.

— Поля, а у тебя та мазь волшебная еще осталась? — тут же поинтересовался Глеб.

— Есть немного, на первую неделю хватит, — успокоила его девушка.

К обеду начал моросить мелкий дождик еще и ветер усилился. Приходилось закутываться глубже в шинель, чтобы не продронуть. Прохладный мартовский ветер никак не располагал к удобству, поэтому мы старались особо не задерживаться на открытом пространстве и все свободное время прятались под крышами домов. Правда, во время одного из обходов, когда дождь прекратился, нас позвали ребята, дежурившие у моста.

— Эй, молодежь! Айда сюда, у нас есть немного камы, на всех хватит, — один из солдат махнул рукой, приглашая к котелку, который на скорую руку поставили неподалеку от моста на костер из тоненьких прутиков и рубленых досок.

— Что еще за кама такая?

— Э, брат, не пробовал ты полевой солдатской кухни! — отозвался второй, который с явным интересом поглядывал на котелок, но пост у моста не оставил. — Ну-ка, ребятки, подежурьте малость, а я Никитке подсоблю.

Солдат отлучился на помощь и выудил из котомки солонку. Щепотка соли и перца, ломтик сала, мелко порезанный и высыпанный в котелок, источал приятный аромат. Минут через десять каша была готова.

— Так что за кама-то? — нахмурился Глеб, рассматривая кашу.

— Обжаренная овсяная мука. Вот ведь какая штука — стоит добавить самую малость водички, ломтик сала, поперчить да посолить, сразу выходит годная похлебка. Ложки всего две, так что давай по очереди!

Стоит ли говорить, что горячее, да на морозе — то еще угощение? Каждому досталось всего по дюжине ложек, но на душе сразу стало теплее.

— Это еще что! — протянул парень, которого назвали Никиткой, — побудете здесь подольше, еще не такие хитрости узнаете.

— А что, с едой всегда так? — скривился Матвеев, которому голодать было тяжелее всего.

— Не, это дня на три ближайшие, пока снабжение не подтянут. Северьян провиант зажимает. А потом прибудет обоз и будет сыты и обогреты.