Посланник Хаоса

Тогда я воткнул ему кончик лезвия в бедро и стал расшатывать. Он слегка сморщился, но оставался нем.

Я пришёл в ярость и потащил его за волосы в грот.

Порежу на куски, но ты заплачешь!

В гроте я положил на колено голову церковника, решил, что вырежу у него сердце и покажу ему, пока он живой.

Я замахнулся ножом, наши глаза встретились. Я встал входить в поток с Одином, но услышал шорох за спиной. Шелест ткани острым лезвием проник в уши. Я напрягся, приготовился дать отпор, затем резко развернулся на ноге, чтобы прикрыться церковником.

Кто проник в пещеру извне? Почему никого не вижу?

Глава 5

Женский силуэт появился у входа в грот. Босые ступни мягко ступали по камням, бесшумно скользили как змея. Серая туника топорщилась от ветра, обнажала бедра и колыхала упругую грудь. До меня донесся пряный запах гвоздики и полевых цветов. Аромат цветков взбудоражил, заставил ёкнуть сердце, ударил пенистыми пузырьками в голову.

От избытка запахов и волны сладострастия, захлестнувшей меня, я чуть не опрокинулся на спину.

— Стой на месте! Сюда нельзя чужакам, — крикнул я.

— Я из здешних земель, мне можно, — тихий обволакивающий голос женщины подействовал на меня успокаивающе, снял напряжение.

— Сюда можно только жрецам, лучше тебе остановиться.

— Я ведунья и жрица. Значит мне можно, — женщина сделала ещё один мягкий шаг, подчиняя меня свой воле.

Я не видел лица женщины, солнечные лучи, проникавшие в грот, слепили меня.

— Это пещера Одина. Только жрец, служащий Одину, может здесь находиться. Уходи.

— Поверь, я знаю Вотана дольше, чем ты живешь на свете.

— Кто ты? Покажи своё лицо, ведьма.

— Моё лицо скрыто вуалью горести за жертву, лежащую у тебя на колене. Отпусти его и увидишь мой лик.

— Помиловать жертву – это преступление против Одина. Помиловать церковника – это преступление вдвойне. Они принесли только беды на нашу землю.

— И всё же, я настаиваю, — женщина сделала ещё один шаг, и встала напротив на расстоянии двух вытянутых рук. При желании я мог сделать выпад саксом и вспороть ей вену на бедре.

Да кто она такая, чтобы перечить мне, Варгу – жрецу Одина!

— Ещё один шаг, и я вспорю тебе брюхо, женщина! Назваться жрицей – не значит быть ею. У тебя должны быть веские причины, чтобы спасти этого ублюдка, — кивнул я на пленника.

— Поверь, они у меня есть.