Горечь Реальности

Последний раз, Контора так активизировалась во время свержения Горбачева. Но тогда быстро нашли причину, и не посчитав нужным свое дальнейшее влияние – отстранились.

- Каждый из присутствующих – лучший в выполнении заданий Конторы. Но многие годы у вас были совсем другие обязательства. Именно поэтому собрали вас, для избежание утечки информации и немедленных действий. Об остальном, думаю, или знаете или догадываетесь,- проговорил парень, присаживаясь обратно на стул и прикрывая глаза.

В этот раз, говорил сам полковник.

Которого по воле случая и острой необходимости сделали временным куратором операции. И так – долго выстраиваемая им легенда, могла быть потеряна. К сожалению, сейчас вопрос был в другом. и на много серьёзный.  

-Большинству из присутствующих, сказанное уже известно. Но что бы определиться с дальнейшими действиями, хочу знать две вещи,- в это мгновение, его облик совсем не походил на того добродушного дядю с экрана телевизора, к которому привыкли люди. Полковник окинул взглядом собравшихся.

Останавливая свой взор на двух конкретных личностях, поочередно. Дальнейшие слова были лишними. Сначала поднялся мужчина, одетый в хороший костюм, с цепляющимся за все взглядом и манерными движениями.

-Выбранный нами кандидат хорошо подходит для будущей работы. Вчера лично забирал его с отделения.- Он достал из папочки лежащей перед ним на столе документы. –Вот здесь, все с прошлой службы и мнение наших специалистов об этом человеке. –мужчина начал монотонно зачитывать информацию, которой были исписаны бумаги:

-Бывший капитан полиции, Мартынов Николай Григорьевич, родился…

Его прервал полковник, на лице которого можно было наблюдать гримасу отвращения.

Еще с начала своей работы, будучи младшим лейтенантом военной разведки (недолго там задержавшись), он не любил штабных крыс, как докладывающий только что человек.

-Достаточно. Я сам потом почитаю документы о выбранном кандидате. Главное, что бы подходил для нашей задачи,- и сразу перевел взгляд на полную противоположность недавно говорившего.

Крепкий мужнина, около пятидесяти лет. Темно-русые волосы, короткие, но еще не армейский ежик. Одежда была практичная: Облегченные зимние берцы, штаны с большим количеством карманов, а сверху – теплая просторная кофта на молнии, не сковывающая движений и под которой можно носить пистолет. Мужчина, не блистал показными манерами, движения был скупы, но плавны. Красными от напряжения и недостатка сна глазами, посмотрел на полковника.