Мэги, о которой заговорят

- Вот почему я подумал, что господин бард в Иальсе недавно и плохо знаком с местным людом. Но сейчас вам опасность от варгиевой шайки не грозит – вы под моей защитой.

- Похоже, что вы здесь влиятельный человек, - Астра тоже повернулась к причалу. Возле повозок, на которые грузили толстых трепещущих рыбин, она увидела знакомую фигуру, и хотя глаза слепило утреннее солнце, мэги без труда узнала Голафа Бриса.

- В некоторых случаях не меньше, чем магистр Варольд, – не без удовольствия признал Хивс. – Но сейчас это не столь важно.

- Этот пикантный вопрос я хотела оставить на закуску. Но раз уж вы об этом заговорили… - Астра хитро прищурилась. - Так какая, господин Давпер?

- Меня интересует книга голема. Всего лишь. Инструкция по его изготовлению, - Хивс отметил, что его слова мэги приняла почти безразлично, значит, она ничего не знала о некогда нашумевших опытах Керлока, пожалуй, это было ему на руку, и он добавил: - остальное добро можете забрать себе.

- Очень хорошо, я найду эту книгу, - с готовностью согласилась Астра. – Мы отправимся сегодня же, только запасемся кое-чем в дорогу.

- Тогда желаю удачи, госпожа Пэй, - Давпер небрежно поклонился и зашагал к трактиру, приметному парой пузатых бочонков, болтавшимися на цепях под вывеской «Красный краб».

- Где мы встретимся завтра? – крикнула вслед Астра.

- Я сам вас найду, - ответил он, не оборачиваясь.

Едва Давпер со своими спутниками скрылся из виду, Голаф пересек выходящую на пристань улочку и подошел к мэги.

- Прекрасно выглядишь, Астра Пэй! - искренне заметил он еще шагов с десяти, даже приостановился на миг, словно желая разглядеть ее лучше именно в таком ракурсе. Новое платье из темно-зеленого сукна с песочно-золотистыми бархатными вставками действительно подчеркивало грацию фигуры его недавней знакомой. Волосы, черные с рыжеватой искрой, теперь аккуратно уложенные, обрамляли лицо блестящими волнистыми линиями.

- Да? Мне об этом с утра говорили многие, – Астра шагнула ему на встречу, замечая красные прожилки в его глазах, усталое, изнуренное бессонницей или крепкой попойкой лицо, и следы плохо отчищенной грязи на камзоле. – А твои дела, похоже, не слишком хороши.

- Вот не надо язвить, дорогая. Бывало, конечно, получше, - франкиец коротко взглянул на барда и поправил плащ, свисавший с плеча. - Ты уже успела обзавестись сердечным поклонником.