Мэги, о которой заговорят

Скоро, отворяясь, заскрипела калитка. От волнения Астра почувствовала жар, подступивший к щекам и груди, ночной воздух стал тягучим и пьяным. Она представила, что там, за крепкими высокими воротами стоит Голаф или милый олен Трим, и тогда она, бросившись навстречу им, не сможет сдержать слез.

- Пожалуйста, уважаемые, - тюремщик легонько подтолкнул мэги к незнакомым мужчинам, лица которых в темноте трудно было разглядеть. – Она? Передаю в самом лучшем ее виде.

- Она. Госпожа Пэй, - один из встречавших, одетый в коричневый сюртук, довольно кивнул.

- Кто вас послал? Давпер? – догадалась Астра, заметив татуировку трилистника на руке одного из них. – Я не пойду с вами! – она попятилась к наблюдавшим за странной сценой стражам. – Я не пойду! Суда лживого буду ждать здесь!

- Не противьтесь, госпожа. У нас приказ вас доставить куда следует, - Григор решительно шагнул в крепостной двор. – И мы это сделаем!

- Так что прошу, - мужчина в коричневом сюртуке указал на шлюпку, качавшуюся у берега в блеклом свете луны.

- Нет! – Астра рванулась из твердых объятий боцмана, но ему на помощь пришел тюремщик и матрос из команды Мораса.

- Хорошо же, гады шетовы! - застонала она. – Руки прочь! Сама пойду! Только вам всем хуже будет.

От ворот до шлюпки было не более двухсот шагов по крутой тропе между камней, сходившей зигзагом вниз. Астра подумала, что на повороте она может оттолкнуть боцмана, добежать до уступа и прыгнуть в море. Конечно, далеко ей не уплыть – противоположный берег был слишком далеко, и пираты легко догонят ее на лодке, но лучше утонуть, захлебнуться в горькой воде, чем трусливо отказаться от попытки обрести свободу.

- Не вздумай, - Григор будто прочитал ее мысли: едва она замедлила шаг, повернулся и поймал мэги за руку.

Остаток пути он держал ее за рукав платья, в другой руке с ясным намеком покручивал прочную пеньковую веревку.

Астру усадили на заднюю скамейку, гребцы схватились за весла, и шлюпка взяла курс к гавани Ланерии, освещенной огоньками на кораблях, мерцавшими у доков кострами и множеством окон, оживших в этот час припортовых заведений.

- Зря ты, госпожа, против нашего хозяина так. Он совсем недурной человек.