Девятый 2

— К сожалению, я не знаю всех людей из той группы, но там точно был господин Романов Дмитрий Викторович, со своим внуком, что проиграл в финале всеимперского турнира нашей Яне Михайловне. А ещё с ними был молодой глава рода Тан. И я точно видел гербы родов Беркутовых и Добролюбовых.

Дальше слушать управляющего Григорий Константинович не стал. Похоже, что Кианг Тан решил не полагаться на императора и действовать самостоятельно. По-другому объяснить появление всех, этих людей здесь он не мог.

— Давно они прилетели? — перебил он управляющего.

— Чуть больше часа назад и сразу же отправились в поместье к Шуйским, взяв у нас машины напрокат. Правда, они отчего-то остановились за несколько километров до поместья. По крайней мере, именно так показывают данные с трекеров, установленных в машинах.

— Спасибо, за информацию, — сухо произнёс Григорий Константинович. После чего он дал знак отряду следовать за ним и поспешил к машинам, которые уже ждали их.

— Что происходит? — спросил Павлов, догнав Вяземского.

— Похоже, что Кианг Тан решил самостоятельно разобраться с Шуйскими и собрал против них коалицию во главе с Бастионом и его внуком, которого Шуйская уделала на всеимперском турнире. Они прилетели примерно на час раньше нас и боюсь, что уже совершили непоправимое.

Оказавшись возле машин, Григорий Константинович окутал всю стоянку тенью и вкратце рассказал всем новую вводную. Если отряд Романова действительно напал на Шуйских, то они должны вмешаться и не допустить лишнего кровопролития.

До поместья ехать было примерно полчаса. Но это было слишком долго. Сам Григорий Константинович мог переместиться непосредственно в поместье буквально за мгновение и взять с собой одного человека. Его сил хватит примерно на пять таких прыжков. То же самое мог сделать и Кирилл, но он пока ещё слаб. Один прыжок был его потолком. Но и этого вполне хватит, чтобы доставить к Шуйским дополнительного бойца.

Сам Григорий Константинович возьмёт с собой Павлова, а Кириллу было поручено доставить Семёна Карташова, который обладал даром дезориентации.

Раздав все необходимые указания, Вяземский убрал свою тень с площадки и окутал ей лишь Павлова, чтобы через мгновение они растворились в этой тени.