Девятый 2

Ну и заодно, Григорий Константинович всё же хотел представить Кирилла внучке Зверя, раз представилась такая возможность. В свои двадцать шесть лет парень ни разу даже толком не разговаривал с девушкой наедине. Наташа всегда находилась рядом и следила за тем, что и кому говорит её сын.

— Никто не отвечает. Сколько раз не пытался, результат один и тот же, — ответил Кирилл, продолжая попытки связаться с СБ Шуйских. На людей Барыкина это было не похоже. Они отвечали всегда, что бы ни случилось.

Когда они вылетели из столицы, канцелярия императора должна была предупредить Шуйских о том, что скоро у них будут гости. Но по прилёту Григорий Константинович сам должен был связаться с Шуйскими и предупредить о своём скором визите. Заявиться без предупреждения Вяземский не мог. Во-первых, это неуважение к княжескому роду. А во-вторых, он не хотел, чтобы его отряд стал законной целью Зверя. Он будет в своём праве и даже император в этой ситуации не сможет ничего возразить.

— Я тоже постоянно пытаюсь дозвониться до Михаила Владимировича. Никто не берёт трубку, — сказал Григорий Константинович внуку.

Сейчас они находились на территории аэропорта, не собираясь покидать её без приглашения хозяев княжества. Отряд состоял из трёх десятков одарённых, среди которых самым слабым был Кирилл. Банально в силу своего возраста и отсутствия какого-либо опыта в сражениях. А вот остальные члены отряда имели огромный боевой опыт. Пожалуй, за исключением Алексея Валерьевича.

— В этом аэропорту возможно разместиться в более комфортных условиях, чем просто стоять на улице? — спросил целитель, выразив всеобщее мнение.

Ещё несколько попыток связаться с Шуйскими провалились и Григорию Константиновичу ничего не оставалось, кроме как, отправиться в само здание аэропорта.

— Приветствую вас господа, чем могу быть полезен? Наш аэропорт сегодня пользуется популярностью у столь известных людей. За сегодня уже вторая группа из столицы, — начал распинаться перед Вяземским и его спутниками начальник аэропорта.

— Что это была за группа? — тут же спросил Григорий Константинович, у которого появилось плохое предчувствие.