Время Волков. Клятвопреступник

Бастард хотел отправится к Стене вместе с дядей, хотя я не уверен, сделал ли он это — один из его братьев чуть не умер, упав с башни, но я тогда уже покидал замок.

— Джон говорил, что служит оруженосцем на Медвежьем Острове, — прищурилась Вель, — С чего ему быть в Винтерфелле, Манс-Сказочник?

— Джорах Мормонт был изгнан из Семи Королевств за работорговлю несколько лет назад — и Джон Сноу был замешан в его изгнании. Не думаю, что во владениях Мормонтов мальчишке хоть кто-то рад.

Вель не нравилось, с каким пренебрежением Манс говорил о Джоне.

— Этот мальчишка спас жизнь трем Мормонтам и убил Плакальщика. Если ты так о нем говоришь, значит ты либо набитый дурак, либо наглый лжец. Так кто ты, Манс Высокомерный?

— Скорее наглый дурак, — снова усмехнулся Манс, — Этот Джон Сноу считает себя образцом геройства и рыцарства, вечно таскает с собой меч, будто от клинка его член длиннее станет. Он просто гордец, умеющий драться, а сколько гонора...

— Ну да, — осклабилась Вель, — герой-то может быть только один, верно? Никто не смеет считать себя важнее Манса, Вольного короля.

Улыбка впервые исчезла с его лица.

— Я не гордец и не герой, спроси кого хочешь.

— Да. Джон Сноу сказал бы также. Вот только, думается мне, он получше тебя будет, Манс-Ворона.

Манс снисходительно покачал головой, заставив Вель заскрипеть зубами.

— Я пришел говорить не о бастарде Винтерфельском. Я иду на север, и моя жена идет со мной.

— Не лучше ли привезти свою армию на юг, Манс-Бегун? А мы с Даллой подождем тут, восхищаясь твоей силой и прозорливостью.

— Нет, — ответил он серьезно, без злобы и высокомерия.

Вель не была в Клыках Мороза после той злополучной вылазки. Они прошли через Лестницу Гигантов. Оказалось, там, где снег лежал и в середине лета, ничего не изменилось. Тот же снег, в который можно провалится по пояс, тот же ледяной ветер, те же черные острия скал, обточенные вьюгой.

На пятый день в горах, когда они уже почти дошли до перевала, началась метель. Было слишком поздно спускаться, приходилось идти дальше.

Спать им приходилось втроем, прижавшись друг к другу, а идти — связавшись веревкой. Вель оставила открытым лишь дюйм лица, чтобы видеть, но даже так снег ее резал.

В тот раз она тоже столкнулась с метелью, когда уже была в плену у ворон.

Те тоже шли, обвязавшись веревкой — Манс, наверняка, у них научился. Она тогда еще хотела сбежать, укрывшись в снегу. Идиотка. Она бы не прожила и половины дня в одиночку.