Вне клана (Рейн 1)

То есть просто черная полоса, отсутствие чего бы то ни было.

Сверху над провалом виднелся обычный лоб с прилипшими к нему темными кудряшками, ниже — нос и румяные щеки. Но ни глаз, ни даже пустых глазниц не было.

Далеко за спиной хрустнула ветка. Потом еще одна. Я обернулся и, конечно же, увидел среди деревьев силуэт Кастиана. Резким жестом я велел ему остановиться, но он, судя по потерянному выражению лица, меня просто не заметил.

Вот Кастиан наступил на новую ветку, которая в этот раз хрустнула просто оглушительно, и троица внизу вскинула головы.

А потом они побежали на звук…

Вот ведь иштава мерзость!

Может, зря я не отрубил принцу его дурную голову?

Глава 10

Кастиан, наконец, увидел, где я стою, бросился вперед и тем самым привлек внимание странной троицы еще и ко мне.

Девочка, несмотря на внешнее отсутствие глаз, тоже посмотрела в мою сторону — я почти физически ощутил тяжесть еще одного взгляда, когда она повернула голову.

Она же первой и отреагировала на встречу.

— Ару, Аду, смотрите! Это же настоящие человеки! — девочка радостно хлопнула в ладоши.

— Ааша много болтает, — буркнул один из мужчин, тот, что был повыше ростом. — Сожрем их, да и все.

— Что они говорят? Ты понимаешь? — в голосе Кастиана, уже подбежавшего вплотную ко мне, отчетливо звучал страх. Я мрачно посмотрел на него — что, сложно было выполнить распоряжение и остаться на месте? Но все же ответил:

— Понимаю. А ты нет?

— Нет. Жуткий язык, будто волки рычат. Никогда такого не слышал.

Будто волки рычат? Мне казалось, что незнакомцы говорили так же четко и понятно, как и сам Кастиан. Двое мужчин с сетью продолжали выказывать недовольство неведомой Аашей и попутно объясняли девочке, что «человеки» — существа вредные и ни на что не годные, кроме как на жаркое. Ну, или в суп. Хотя насчет качества супа из человечины мнения Ару и Аду разделились.

Девочка спорила, заявляя, что все ее игрушки закончились, ей нужны новые, и «человеки» на эту роль подойдут идеально.

Пожалуй, не скажи принц, что язык другой, я бы ничего не заметил, но сейчас, напрягшись, действительно расслышал разницу. Не рычание волков, конечно, но звуки более грубые, резкие и обрывистые, чем обычная речь.

— Чего они хотят? — прошептал Кастиан.

— Сожрать нас хотят, — ответил я, и произнес это, похоже, громче, чем следовало, потому что пререкающаяся троица уставилась на меня в упор.

— Ты нас понимаешь, человек? — спросил тот мужчина, что был повыше.