Кодекс Охотника. Книга III

Они орали на японском, а я как бы не бум-бум...

Руками указывают на девушку, и машут мне. Просят спасти ее? Или хотят показать, что у них тяжелораненая. А может, в дар предлагают?

Присматриваюсь, а она ничего так, симпотяшка. Только одета явно не по погоде, в ободранные доспехи и кожаную юбку с размашистыми краями. Ей точно сказали, куда они направляются? Хотя, это же девушки, у них логика всегда страдает в угоду красоте.

Скатываюсь по пригорку, держа меч таким образом, чтобы не зацепиться, и понимаю, что мне опять придется покупать новую одежду, а ведь хотел не напрягаться.

Пришлось, блин...

Слаймы увидели пищу, и сразу помчались на меня. А тем временем японцы врезали себе по лбу и стали материться. Если что, все, что я понимаю в их языке, так это маты. Думают, что я самоубийца, а они всего лишь просили позвать им помощь.

Здесь противников очень много, и самое обидное, что нет таких, какие нужны мне. Есть коричневые, красные, желтые, и даже огненный. Огненный слайм оставляет после себя пятна копоти и после смерти взрывается.

Неприятный противник, в которого я запустил молнией, взорвав его. А с остальными, пожалуй, позже разберусь.

Напитываю тело энергией и начинаю раздавать свои удары. Я и меч были как одно целое. Очень приятная игрушка, которая сидела в руке, как влитая. Я знал, что он меня не подведет, и от этого мог работать на полную. Ну, как на полную... Просто работать, ведь здесь были зрители. Мало того, что я тут сражаюсь и валю пачками медленных слаймов, так еще слежу через Шнырьку за японцами, чтобы те не погибли или гадость какую-нибудь не задумали.

Первое время они смотрели на меня с выражением лица " Ой, дурак!«, но с каждой минутой оно сменялось на «ДА КТО ОН ТАКОЙ?!!»

Ах ты, сволочь! Огненный слайм плюнул в меня огнем и едва не попал, пришлось становиться на мостик. Хорошо, что я постоянно делаю разминки и слежу за своим телом, а то так и хребет можно сломать на две половины.

Зато этой падле отомстила Карамелька, которая выпустила из своей лапы энергетические лезвия.

Видно, что девочка растет, и уже может применять разные штучки. Вот только хорошо было, если бы она это делала из своего запаса, а не из моего.

Да, у нее есть и своя энергия, но она считает, что ее энергия — это сугубо ее вещь, а моя — это общая. Девочки... такие девочки.

Доспех доспехом, но одежда тоже страдает от стольких убийств, и часто на меня попадают капли, которые ее медленно разъедают.