Век железа и крови

Абай только и успел что взмолиться, обращаясь к Небесному владыке, как без чувств рухнул на землю рядом с огромным костром, а в этот момент в чистом небе вспыхнула огромная ветвящаяся молния и донеслись раскаты грома.

Глава 2

Мужчина открыл глаза и обнаружил себя лежащим под старым ореховым деревом. В звездном небе висела полная луна и ее серебристый свет отражался в водах мелкой речушки скорее даже ручья, протекающего рядом с деревом.

Вокруг насколько простирался взгляд раскинулась ночная ковыльная степь, редко перемежаемая невысокими холмами и кривым кустарником.

Ночь была тихой. Ни стрекотания сверчков, ни криков ночных птиц. Только едва слышное журчание ручья.

Человек пошевелился и застонал о боли, затем с трудом принял сидящую позу, прислонившись к толстому стволу дерева.

Разжав ладонь левой руки, он отпустил рукоять длиной кривой сабли из узорчатой стали и украшенной мелкими полированными гранатами, которую видимо продолжал крепко сжимать, даже находясь без сознания.

Правая рука чуть выше локтя была перевязана на вид дорогим кушаком с серебряной вышивкой.

Некоторое время спустя он встал на ноги и дойдя до ручья вдоволь напился чистой и холодной воды.

"Где же мой конь?" - вспомнил он черного жеребца, на котором покинул поле боя, когда превосходящие силы степного вождя скифов Скунха из соседней страны разбили подчистую его вставший на ночной привал пограничный отряд, а он раненый в руку меткой стрелой неприятеля скрылся в ночной степи.

Осмотрев место рядом с деревом, под которым он спешился и вытащил застрявшую стрелу, к счастью не оказавшейся отравленной, перевязал рану, а затем не успев стреножить коня потерял сознание, он обнаружил следы конских копыт, которые уходили вниз по течению ручья.

Берег речушки порос зарослями тальника, доходившего в высоту до головы воина, и скрывал от его взора жеребца.

"Нужно идти, искать! Времени у меня мало, я должен предупредить своих о нападении! Трава еще примята, значит конь ушел недалеко!".

Рассматривая следы при свете яркой луны молодой мужчина двинулся вперед.

Запах крови он почувствовал издалека и ускорил шаги крепче сжимая рукоять острой сабли.

Конь, а вернее его белеющие костями останки лежали в ручье. А оторванная голова с вытаращенными от ужаса глазами и внутренностями лежали на песчаном берегу.

Воин потемнел лицом, шире расставил ноги и чуть присел, озираясь по сторонам и начал делать небольшие круговые взмахи клинком разминая руку.