Свершение

Произнося эти слова, няня убрала в сторону тарелку Талис и поставила перед ней большое блюдо с салатом.

– Ну куда ты, няня, – возмутилась девушка, – мне же столько не съесть!

– Разве это имеет какое-либо значение? – старушка казалась безразличной, – это все твое, а нужно ли тебе столько – совсем не важно, те же, кто этого не имеет – как-нибудь переживут. Таковы законы наших земель.

Талис показалось, что она начала понимать куда клонит няня.

– Согласна, что это несправедливо, – возразила она, – но попытка что-либо изменить, превращается в попытку сделать из дуба березу.

– Ты опять заостряешь свое внимание на противоречии, Талис, упуская смысл этой аллегории. – Няня была явно разочарована. – Наше общество далеко не идеально, поэтому у нас нет никакого права навязывать его форму другим.

– Но ведь дикарям от этого будет только лучше! – Не унималась Талис.

– Так думаешь ты, но думают ли так дикари? – спросила старушка, накладывая в тарелку воспитаннице немного салата.

Талис глубоко задумалась, лениво ковыряя салат вилкой. Няня явно подталкивала ее не столько к познанию мира, сколько к его осмыслению. Но это же так непросто.

– Я, наверное, тупая, а, нянь? – едва слышно пролепетала она, жалобно глядя на старушку.

Няня снисходительно посмотрела на Талис и, улыбнувшись, произнесла:

– Ну что ты, дочка! Ты, просто, еще очень молода! – она погладила девушку по плечу. – Все познается в сравнении и у тебя есть такая возможность. Тебе следует глубже познать иную сторону жизни.

***

Распрощавшись со вновь обретенными друзьями, Матвей покинул приютивший его храм и направился на север, туда, где, как он выяснил, находилась Тригорская крепость. Ему хотелось воочию убедиться в неприступности крепости и попытаться на месте найти приемлемое решение по освобождению Яниса.

Отъехав подальше от города, Матвей вынул из дорожной сумки спрятанное до поры оружие и облачился в амуницию. Теперь ему не нужно было прятаться, напротив, ему было необходимо привлечь к себе как можно больше внимания.

Его путь лежал среди запущенных полей, сплошь поросших бурьяном, а местами, молодой порослью окружавших пашни деревьев. Иногда Матвею встречались заброшенные хутора в три-четыре дома, с прогнившими крышами и пустыми глазницами окон. Люди покинули эти благодатные места много лет назад по одному богу известным причинам.

Наконец, ему стали попадаться хоть какие-то признаки присутствия человека.