Немного справедливости

Немного справедливости

Никита Воробьёв

Немного справедливости

…Ей-бо, твоё благородие, сидели три мордоворота – плечи сажени косой, руки что твои молоты, на рожах шрамы. Таких поди и в преисподнюю без доклада пустят, ещё и поклонятся!

Откуда их нелёгкая принесла - не знаю, они уже были в едальне-то Збыховой, когда я за кружкой браги зашёл. Сидели, понимаешь, у самого очага, туши свои сушили, знать, крепко промокли. А то и надо бы помнить, что дождь в тот день зарядил добрый, посевы все хорошенько промочило! Только, и дороги-то размыло, да нам до того не много печали – в такую погоду добрый человек в хате сидит, а не по трактам разъезжает.

Сидели они, значит, что-то промеж собой шушукались, пришлые эти. У Збыха тогда нас немного харчевалось – я, да Лешко, вдвоём, значит, по кружечке себе и сообразили. И эти трое всё на нас поглядывали. Нет, ты не подумай, твоё благородие, мы и сами не за хлевом деланные! Надо было бы, враз им накрутили бы хвоста! Да не охота было, понимаешь, Збыхово добро ломать, в драке ведь обязательно бы одну-другую лавку потревожили.

Ну, значит, и вот, сидим, они на нас глядят, мы на них поглядываем, Збых брови свои хмурит что филин. И тут открывается дверь…

…Он медленно вошёл в харчевню. С чёрного шерстяного плаща стекали крупные капли, лицо скрывал капюшон. Незнакомец осторожно прикрыл за собой дверь, и прошагал к стойке, у которой стоял хозяин заведения.

Кряжистый мужик бросил в сторону пришельца недовольный взгляд – явно не был рад ещё одному подозрительному гостю.

- Пива, хозяин, - произнёс незнакомец хриплым, простывшим, голосом. – И похлёбки какой-нибудь.

- Пива нет, кончилось, - пробурчал Збых, бросая взгляды ему за спину. – Только брага есть.

Капюшон кивнул.

- Тогда браги. Сейчас, похлёбку можно позже.

Незнакомец убрал руку, и хозяин быстро сгрёб оставленные им монеты.

…Понимаешь, твоё благородие, за этим хлопцем сразу что-то неладное потянулось. Оно знаешь, как перед дракой у иных нос зудит – значит, обязательно в нос-то и получишь? Вот так и тут, он как зашёл, так у меня сразу как-то неспокойно на душе стало. И капюшона своего, понимаешь, не снимал до поры.