Йенгангер не дышит

— И какое же?

Впрочем, я и так знаю, но молчать почему-то не получается.

— Убить…— Тишина, резкий вдох. — Убить Оларса Забытого.

— Но тогда почему не убил?

Глава 6. Призываю тебя

Сирген хмыкнул:

— Зачем, господин Глёмт, убивать того, кто способен уничтожить моего врага?

Всего лишь слова, а кажется, что сердце пронзили ножом. Хорошо, хоть сумел сдержать глупый вопрос, так и рвущийся с губ. Посмотрев в серые глаза, я понял, что в них нет ни капли насмешки.

Не говоря ни слова, Сирген дёрнул шнуровку на рубахе и достал круглый медальон на цепочке.

— Сигрид знала толк в оберегах. Только не успела полностью его доделать, Хозяин Штормов пришёл раньше.

Медальон покачнулся в воздухе, цепочка соскользнула с шеи мужчины.

— Смотри, йенгангер. Смотри внимательнее, что раньше могли ваши предки, — в голосе ни тени превосходства — только горечь и боль, что не вернуть утраченного.

Медальон подплыл ко мне, сам лёг на раскрытую ладонь. Чёрное серебро севера, в центре была изображена голова волка, вокруг неё вились тонкие стебельки колючего бессмертника.

— Благодаря этой вещи Хозяин Штормов не смог меня полностью подчинить.

Медальон резко поднялся с моей ладони и, оставляя в воздухе серебристые искры, понёсся к Сиргену.

— Ты потребовал древнюю клятву. И в этот же миг я почувствовал, что оберег стал горячим, будто твои слова разбудили спрятанную в нём магию.

Звучит невероятно, но… Будь скрёмт скован заклятием Хозяина Штормов, клятву он произнести бы не смог. Я попытался сообразить что к чему. Слишком быстро, слишком странно. И в тоже время всё взвешено и правильно. В таких вещах не обманывают, этого просто невозможно сделать. При этом, если бы он лгал, я бы почувствовал. Доставшееся от бабушки чутьё безотказно работает, когда речь идёт о заклятиях и клятвах.

— Так почему Ярни? — спросил я.

— Приказ Хозяина, чтобы заманить тебя сюда, — скрёмт криво усмехнулся, — как видишь, его расчёт оказался правильным. Хотя мне пришлось многое узнать о тебе, чтоб суметь подобраться.

Мне ответить было нечего. Разве что стало дико досадно. Да, кинулся восстанавливать справедливость, как мальчишка. С другой стороны, сидеть, сложа руки, я бы не смог.