Memento mori

Она уставилась на меня, явно не зная, что делать и куда бежать: за врачом, которого тут в округе вряд ли сыщешь, или сразу за священником – отпевать меня. Я не мог видеть себя, однако был уверен, что сейчас выгляжу так, что краше в гроб кладут.

- Что с вами, господин? – выдавила она наконец, не решая переступить порог.

Я сумел достаточно внятно произнести имя капитана рейтар, благо оно было коротким. Оставалось надеяться, что вильдграф сдержит слово и оставит Курцбаха с отрядом при мне. Надежды мои оправдались, не прошло и пяти минут, как в комнату ввалился Курцбах, причём с взведённым пистолетом наперевес.

За спиной его маячило бледное личико служанки, на котором испуг смешивался с любопытством.

- Вот же дьявол, - выпалил Курцбах, опуская оружие. – Эта девица наплела мне тут невесть что, я уж думал, что вместо тебя застану в комнате чумное отродье. Хорошо, сразу не выстрелил.

Он подошёл к моей постели и присел на табурет.

- Ставни открой, - велел он служанке, не спешившей переступать порог комнаты.

– Да шевелись ты! – прикрикнул на неё капитан, и лишь этот окрик заставил перепуганную девушку выполнять приказ.

При свете дня Курцбах внимательно изучил моё лицо, откинув одеяло, оглядел и тело, пощупал мышцы на руках. Вид при этом имел самый что ни на есть равнодушный, словно коновал, проверяющий скотину перед торгами.

- Скверное дело, - вынес он вердикт. – Могло быть и хуже, конечно, но, всё равно, скверно. Ты слишком сильно получил по голове. Теперь тело будет какое-то время приходить в себя, покуда под черепушкой у тебя всё на место не встанет.

Я попытался спросить у него, как много времени это займёт, но выдавил лишь несколько вялых стонов. Половина лица, куда угодила кромка щита Чёрного медведя, онемела, при этом отзываясь дёргающей болью на каждую попытку заговорить или пошевелить головой.

- Надолго, - понял меня Курцбах. – Раньше чем через пару недель точно на ноги не встанешь, а в дорогу сможешь отправиться ещё через неделю, и то в лучшем случае.

Я отправлю рейтара во Фрейбург, думаю, вильдграф пришлёт тебе толкового врача, при нём вроде как ошивается один. Да только вряд ли он тебе что другое скажет.

Я вполне верил опыту бывалого вояки, но мне от этого было совсем не легче. Потерять в самом лучшем случае три недели было для меня непростительной роскошью. Так я точно не сумею уложиться в отведённый мне Лафрамбуазом срок. Но сейчас я поделать ничего не мог, только лежать в кровати и терять время.