Легенда о Лазаре 2. Железный Дьяволенок

По всему Люпсу было разбросанно огромное количество подобных областей, где по неизвестной причине количество энергии Зверя в окружающем пространстве было сильно выше нормы.

Всё, что росло в таких аномальных зонах, подвергалось изменениям, зачастую искажающим облик живых существ до неузнаваемости. И Манящий лес был сильнейшей аномалией на континенте.

Здесь нормальным считалось наткнуться на дерево высотой больше королевского дворца или найти ягодный куст размером со средний коттедж. Именно из-за таких удивительных явлений территория в несколько десятков тысяч квадратных километров и получила название Манящего леса.

За всю историю тут сгинуло несчётное количество авантюристов, учёных, воинов и просто дураков, не сумевших устоять перед соблазном стать единственным в мире обладателем какого-нибудь уникального предмета или ценнейшего материала. И, надо сказать, подобные желания не были беспочвенны. К примеру, древесина, из которой был изготовлен трон короля Кристории, происходила именно отсюда и стоила много дороже золота.

Конечно, если бы всё было так просто, Манящий лес не стал бы запретной зоной. Пространство под стометровыми исполинами кишело чудищами, большинство из которых было способно убить неподготовленного человека за несколько секунд.

Даже самые безобидные существа, вроде обычных мышей или белок, под воздействием аномальной энергии вырастали до размеров матёрого кота. Пусть они при этом не становились хищниками, но были куда агрессивнее своих прототипов, и могли напасть на чужака без серьёзных на то причин.

К большому счастью всей Кристории, нормальный уровень энергии Зверя был непригоден для жизни этих чудищ. Уже через несколько часов после выхода из аномальной зоны они умирали от отказа большинства внутренних органов. Так что нашествия монстров можно было не опасаться.

В самом Манящем лесу плотность энергии Зверя тоже была неравномерной. Где-то гуще, где-то, наоборот, приближалась к обычным значениям. Однако, такие островки нормы были слишком малы, чтобы доставлять местным обитателям неудобство.

И вот в таком месте, окружённом диким миром, где любой почувствовал бы себя лилипутом в мире великанов, на небольшой полянке под деревом сидел старик.

Он был очень худ, открытые руки покрывали сложные татуировки, а грудь укрывала невероятная по длине борода, в которую он мог бы при желании завернуться, как в шарф. Череп при этом был лыс и только на затылке остались волосы, такие же длинные, как и растительность на лице.