Охотник

 – Вот только, насколько он сильный?

– У них зубов нет, а рыльце совсем маленькое. Значит, добычу получают уже мертвой.

Кара шла впереди, а Аксель шел следом, спиной вперед. Мелкие хищники не отставали. Они каким-то образом чувствовали, когда Аксель отводил взгляд – стоило ему отвернуться на секунду, как самые смелые подбирались поближе. Они тут же отскакивали на безопасное расстояние, как только он снова поворачивался в их сторону, но легче от этого не становилось. Пятиться было неудобно. Пару раз юноша пытался ударить существ, но они обладали достаточно хорошей реакцией, чтобы успеть увернуться – как только он делал шаг и замахивался, они отбегали на расстояние, лишь немного превышавшее длину стреломета.

– Не отстают, но и не нападают. Интересно, откуда они взялись?

– Помнишь, мы проходили мимо ответвления, в котором что-то шевелилось? Думаю, это оттуда. Они шли за нами, ждали, пока устанем. Я несколько раз слышала сзади шуршание – думала, показалось.

– Слушай, если тебе вдруг встретятся камни подходящего размера, ты их подбирай и передавай мне. Они уворачиваются от стреломета, но, может, камнем удастся достать? – Уверенности в голосе юноши не было ни на медный грош, но они все-таки попробовали – и, конечно, безрезультатно. Аксель за последние дни успел немного научиться стрелять, но его меткость не распространялась на метание камней, так что хищникам чаще всего даже не приходилось уклоняться – юркие твари прекрасно чувствовали, что камень летит мимо, и не находили нужным даже демонстрировать испуг.

Теперь двигаться приходилось почти в два раза медленнее, и без того черепашья скорость стала совсем смешной. Аксель с тоской подумал, что с тем же успехом они могли оставаться на месте, и тут же отбросил эту идею. Она и раньше не блистала привлекательностью, теперь же перспектива оставаться на стоянке, постоянно отмахиваясь от мелких хищников, и вовсе казалась бессмысленной.

– Чего они на меня не нападают-то? – спросил Аксель еще через час. – Не отстают, но и не бросаются. В чем смысл?

– Например, в том, чтобы дождаться, когда мы совсем обессилеем, – мрачно ответила Кара.