Осколок духа

Затем он добавил, обращаясь к одному из конвоиров: — Через несколько минут можно подавать ужин. А этих увести.

— Мы убили ваших людей, — торопливо заговорил Вэл. — И готовы за это ответить.

— И ответите, — повысил голос Миззо.

— Мы можем заменить их, — выкрикнул брат, вскинув голову. — Мы живы, а они нет, испытайте нас! Примите нашу службу!

И глухо добавил, повалившись на колени и склонив голову: — Сохраните нам жизнь.

Я опустился рядом. Сейчас было неподходящее время для гордости и к тому же мысль о том, что я вот-вот окажусь в петле, пугала до колик.

Повисла напряженная тишина. Даже конвоир, схвативший было меня за локоть, замер.

— Отдай их мне, Помпео, — вдруг кивнул головой третий, невзрачный седоватый мужчина в строгом черном камзоле с затейливой вышивкой. — В произошедшем есть и толика моей вины. Охрана не справилась.

— Не наговаривай на себя, Мигело. Ты тут не причем, — усмехнулся Помпео.

— В качестве рабов они принесут больше пользы, чем в виде корма для ворон, — продолжил седовласый, но заметив, как перекосило наши лица, поправился: — Или, может быть, не рабов, а временных невольников.

— Отравят пищу, добудут оружие и сбегут, распустят лошадей, подожгут лагерь, — начал перечислять Миззо. — Слишком рискованно, ты не сможешь за ними уследить.

— Мы принесем клятву, — торопливо проговорили мы с Вэлом почти одновременно. — Вы не пожалеете, что пощадили нас!

Помпео вперился в нас пытливым взглядам из-под кустистых бровей, будто пытаясь проникнуть в душу.

— Ладно, — кивнул он наконец. — Мигело, вся ответственность на тебе. Этих уведите и тащите уже обед!

Мужчина в черном костюме поднялся из-за стола и церемонно поклонился.

На выходе из шатра мы чуть не столкнулись с колоритной парочкой, направлявшейся внутрь. Первой, кого я заметил, была невысокая темноволосая девушка в мужской походной одежде. Миловидное лицо и живые глаза выдавали веселый нрав и живость характера. Еще в глаза бросалось ее очевидное сходство с Помпео.

А вот его я заметил слишком поздно, залюбовавшись девицей.

Плечо рослого мужчины, одетого в форму имперской гвардии, врезалось мне в лицо и грудь. Почти оглушенный, я навзничь повалился на землю. Конвоир тоже едва успел отскочить, избегая столкновения.

— Посторонись! — прорычал в его сторону гвардеец, не сбавляя шага.