Осколок духа

Краем глаза я заметил, что Вэл пробирается около стола за груду мешков и вздохнул чуть свободнее.

— Давайте начистоту, — начал я, — я понимаю, что оказался здесь не вовремя и не хотел бы вам мешать. Дайте мне уйти и забудем нашу встречу.

Патлатый откинул голову назад и заливисто расхохотался. Да так, что на него посмотрели даже его товарищи. Я же обратил внимание на странные татуировки и шрамы, покрывающие его грудь и плечи. Как будто ножом по спирали резали плоть, а рядом вели цепочку сине-черной вязи.

Закончив смеяться, контрабандист вышел вперед, растолкав Жуча и высокого и направился ко мне, широко улыбаясь. Рука его разжалась и шпага, которую он так и не достал из ножен, упала на песок. Оставшись безоружным, он развел руки и двинулся ко мне как бы норовя обнять.

— Про Большого Карася я слыхал, братишка. Прости, что встретили неласково.

Я, может быть, поверил бы ему, если бы не глаза.

— Стой на месте! — я отскочил назад, срывая меч с перевязи. — Еще шаг и нашинкую тебя в фарш.

— Воу, воу! — казалось, татуированный ожидал такой поворот и шага не сбавил. Лишь неуловимо сместился влево, как бы обходя меня сбоку. — Стойка деревенского лесоруба, не так ли?

Его товарищи заржали и, чуть разойдясь, двинулись на меня. Высокий подхватил с песка шпагу и достал ее из ножен.

Отступать в воду мне не хотелось, и я понемногу пятился вдоль берега, туда, где валялось наше бревно, вынесенное течением на мелководье.

Добравшись до бревна, я вскочил на него сверху и прошел, отдаляясь от берега. На мне все еще были сапоги с подходящей подошвой, так что я почти не скользил. А вот босоногим контрабандистам оказалось не так удобно. Высокий первым попытался вскочить на ствол вслед за мной и едва не свалился в воду.

Патлатый двинулся было прямо по дну, но подойти близко не решился — начиналась глубина, лишая его маневренности.

— Стезо, сгони его в воду или отдай мне шпагу, — скомандовал татуированный. — Малец готов сдаваться. Верно?

Я плюнул в воду и поднял меч.

— Отвалите от меня!

Как быть дальше, я не очень представлял. Меня, конечно, учили атаковать и защищаться, но рубить людей по-настоящему не доводилось.