Дети за куполом

Даже обыденный портал у второй вышки, через который хоть раз в жизни да проходил каждый кумсоринец, был довольно замысловатой металлической конструкцией, что оттягивала на себя участок поля, заворачивала его внутрь коротким тоннелем и, наконец, с немалым трудом разрывала, позволяя пройти насквозь.

— А что, нельзя выпустить всех сразу? — недовольно проворчал один из ритмов, смыкая портал за спинами Азиры и Ромена .

— Приказано выпускать по дуэту с интервалом в пять минут, — сухо отозвался аргент, контролирующий всё это действо.

Ритм переглянулся с напарником. Насколько Марк понимал, открывать и закрывать портал было делом крайне трудоёмким. А сделать это предстояло ещё восемь раз — у купола собрались пятая и шестая семья в полном составе, а покинул корону только первый дуэт.

Аргент по большей части лишь отстранённо наблюдал, а Ортей и Аниса следили за временем и отдавали подопечным приказы. Марк подозревал, что куратор не случайно, а чисто из вредности отправил их с Кариной в самую последнюю очередь — ждать пришлось довольно долго.

Он замешкался, закидывая на свой циклофор оба рюкзака — багажник наставницы был занят здоровенной коробкой с грузом — и нечаянно стал свидетелем странной, явно не предназначенной для его глаз сцены: проезжая мимо куратора, Карина легонько коснулась пальцами его щеки. Тот ответил внимательным, задумчивым взглядом и растянул губы в непривычной, совсем не ехидной улыбке.

Ругая себя последними словами за то, что это увидел, и за собственную глупую реакцию, Марк наткнулся на острый, ледяной взгляд Анисы, направленный в спину Карине.

***

По гладкой дороге, бежавшей вокруг купола, ехать было легко и приятно, но удовольствие длилось недолго: повинуясь отмеченному на карте маршруту, пришлось скатываться с ровного покрытия на одну из почти незаметных полузаросших тропинок, что разбегались от короны в стороны.

В тенистых низинах меж сопок ещё лежали посеревшие остатки снега, последние следы долгой зимы. Но большей частью преграждали дорогу озёра полужидкой грязи.

Ехали молча, навстречу восходящему солнцу, то скрывающемуся за очередным холмом, то снова выпрыгивающим, заливая глаза. Марк всё никак не мог выкинуть из головы прощание Орта и Рины. Эти мысли натолкнули его на догадку: наконец стала ясна причина того тянущего, ноющего дискомфорта, что мучил его все проведённые с Ниланой каникулы.