Как я искал портал в Ад

— Он не вспомнит ни твои рассказы, ни правду, ни эти годы, когда мы снова придём, — ответил второй. Тот, который до этого молчал.

— Но, а как же я? А как же... Почему он не должен знать, что он — невозможное дитя, которому удалось родиться.

— Потому что это опасно, — процедил тот.

— Элизабет, не напоишь нас чаем? — мягко поинтересовался первый мужчина.

Мне было сложно их различать на вид, но я понимал, кто из них — кто.

Мама немного успокоилась, а один их этих двоих пристально уставился на меня. Я только шмыгнул носом.

— Ты уже умеешь говорить? — он приподнял бровь.

— Умею, — буркнул я.

— А мама говорила тебе, кто ты?

Я кивнул.

— Может, скажешь маме, что мы ей не враги и ничего плохого не сделаем? — мужчина улыбнулся.

— А я не знаю, вдруг вы враги и сделаете что-то плохое? Ничего не скажу! — я показал ему язык.

Мужчина хмыкнул, но больше ничего спрашивать не стал.

На кухне засвистел чайник и мужчины не разуваясь пошли туда. Я поплёлся за ними. Мне хотелось, чтобы они уже оставили маму в покое — из-за них она плакала и мне это не нравилось.

— Благодарю, — сказал тот, от которого веяло тьмой, когда мама поставила перед ним чашку с чаем.

— Мы должны кое-что тебе объяснить, Элизабет, — добавил второй. — Ты не понимаешь, что этот ребёнок может означать.

— Он говорил, Белиал, и говорил...

— Ты не понимаешь. Такое дитя под запретом, он может стать погибелью мира. Они нарушили закон, запрет. Они уже так делали, но дети не рождались или умирали сразу же.

— Как я могла не довериться тому, кто просил разрешения, чтобы сделать моё тело сосудом? Кто был свят, кто был одним из светлейших ангелов господних, — губы мамы скривились, и она еле сдерживала слёзы.

— Назови имя, — попросил один из мужчин.

Мама помотала головой и её губы задрожали.

— Среди ангелов есть отступники и беглецы, они уже не наши братья, а твоё дитя плод запрета.

— Он спасёт мир! — воскликнула мама.

— Или уничтожит его! — один из мужчин резко встал, хлопнул ладонями по столу.

— Я...

— Ты должна сказать имя, Элизабет.

Я молчал. Они могли спросить меня, но не спрашивали. Мама много раз мне рассказывала, как пошла на всё и позволила мне родиться, но сейчас я молчал и только ждал.

Мама медленно встала, прошлась по кухне.

— Мы гарантируем, что тебя не будут искать, и что твой ребёнок будет под присмотром, поверь, — уже чуть мягче сказал тот, что встал из-за стола.