Как я стал боевым магом

Я повернул голову. Домовой сидел с закрытыми глазами рядом с ноутбуком и придерживал обеими руками наушники. Вкладыши были великоваты для малой сущности.

— Дед Семён, что за нежить светится багровым?

Старичок глянул на меня. А потом пожал плечами.

— Много разной. Их и не сравнишь между собой даже. Ты лучше про русалку подумай.

— Какую русалку? — нахмурился я.

— Ту, что ты приютил.

— Почему русалку? Она же навья.

— Марго… — позвал дед, явно отрабатывая отрепетированную сцену, старый жук.

— Русалки, — заговорила секретарша, — в славянской мифологии существа, как правило, вредоносные, в которых превращаются умершие девушки, преимущественно утопленницы, некрещёные дети.

— Вот слышал? Даже эта кукла знает.

— А при чём тут навья?

— Фу-ты ну-ты, я ж говорю, что навьи — это покойники, и русалка — тоже. Только утопленница она.

— И что мне делать?

— Для начала впустить в палатку. Она уже цельный час стоит.

Я сжал губы и осторожно отодвинул полог. Там действительно стояла та самая девушка. Её успели переодеть. Вместо рванины, на ней была обычная полевая военная форма. Даже кепка имелась. Длинные волосы непривычно бледно-салатового цвета спускались почти до середины бёдер. Нездоровая бледная кожа была ещё терпима, а вот от глаз, таких же бледных, немного было не по себе.

— Заходи.

Она шагнула внутрь и с порога выдавила слово:

— Воды.

Я протянул чайник, который не успел поставить кипятиться.

После водной процедуры девушка прошла в угол палатки и села на пол, обхватив колени руками. Ни дать ни взять Алёнушка с известной картины. Козлёнка не хватает. А может, и есть уже козлёнок. В моём лице.

— Я вот на суете в социяльной сети письмецо черкнул, так наши совет дают. Ты её в городе как пугало, именуемое готом, наряди. Самое то выйдет.

Я вздохнул и подошёл к экрану ноутбука, сияющему в полутьме палатки окошком в другой мир. Там была открыта страница социальной сети с забавным названием группы «Домовые всей страны», на котором красовалась среди прочих фотография деда Семёна. Ишь ты, нечисть интернета. И ведь простой народ тоже комментирует, считая это страничкой юмора.

— Сколько там ваших?

— Ну, почитай, тыщ триста будет. Там не токмо домовые. Там всё есть.