Лекарь. Второй пояс

Лекарь. Второй пояс

Михаил Павлович Игнатов

Путь (Игнатов М. И.) #6

Сила и талант заставляют тебя искать свой путь, а не идти по проторённому. Ты надеешься перехитрить всех и пройти там, где другие пропали без следа.

Но ты забыл, что однажды твоя слабость уже привела тебя к беде, ты забыл, что планы уже срывались и теперь ты в ловушке. На этот раз не один, а со всеми, кто тебе доверился.

Вот только и те, кто повесил на тебя цепь, забыли, что за ошибки всегда нужно платить, и не знают, что есть вещи, которых ты не прощаешь.

Если только сумеешь обмануть всех, сможешь сорвать цепь, которой даже сила Неба не указ.

Главное помнить – безвыходных ситуаций не бывает. Лишь бы цена не оказалась слишком для тебя велика.

Впрочем… Все они готовы её заплатить. А ты?

Михаил Игнатов

Лекарь. Второй пояс

Пролог

На эти тренировки я никогда не брал никого из семьи. Раньше всегда уезжал в лес один, теперь за спиной всегда маячила тень Золака.

– Не нужно так коситься на меня, старший.

– Ты слышишь ветер?

– Это ведь моя стихия, старший. Уверен, что вы тоже… ну, не слышите, а ощущаете воду.

Я замедлил шаг, чтобы Золак поравнялся со мной и мне не пришлось оборачиваться, чтобы видеть его лицо. Ему бы казалось, что лицо. Меня же больше интересовали Указы.

– Слышал, что во Втором полностью окрашенные волосы не ценятся.

К удивлению, Золак ответил прямо, не изворачиваясь, как Шелеост:

– Так и есть.

Один из Указов, трёхцветный, начал слегка пульсировать, то разгораясь, то притухая. Всего лишь. Хотя Шелеоста даже от байки перекосило. Силён Золак. Дальше я спрашивать не стал. К чему проверять границы разрешённого? Задумавшись, я продолжал оглядывать Указы Золака. Опомнился только когда тот нахмурился и спросил:

– Старший?

– Задумался.

Я отвёл взгляд. Странно я выглядел, в упор, не спуская глаз с идущего рядом.

– Золак, как вышло, что ты так точно знаешь время своей жизни? На тебе Указ, который ты не собираешься выполнять?

– Нет, старший. Я хоть и стар, но не стал бы заключать такой контракт, – при этих словах я едва удержался от кривой усмешки. – А без моего ведома и крови такое не провернуть. Я отравлен.

Как бы я ни считал, но среди контрактов и Указов Золака и впрямь не нашлось ничего такого, что убило бы его.