Как я стал боевым магом

Она была немного меньше предыдущей, но обставлена так же. Кровать только одна, одна была и крашенная в зелёный цвет армейская тумбочка.

Впрочем, в наличии имелось чистое постельное бельё с синтепоновым одеялом. Сбоку, прямо на брезентовом полу, лежал камуфлированный спальный мешок. Я его с любопытством раскатал, посмотрев на детище военной промышленности, потом сунул под кровать.

Умывальник, общий для всех, был на улице, как и туалет типа «яма в земле», огороженная натянутой на жердях маскировочной сетью. Неподалёку стояла на одноосном прицепе бензиновая электростанция, ласково называемая «дырчиком», и непрерывно тарахтела сутки напролёт.

От неё по палаткам змеились толстые чёрные кабели. В моей полевой обители по голой земле ходить не приходилось, так как вместо полов был расстелен чистый брезент. Он был неровный, как и лесной грунт, на который его постелили, но это лучше, чем трава и песок.

Вещи я аккуратно распаковал и уложил поверх раскладного столика, ютившегося в глубине палатки. На тумбочке расположил ноутбук.

Генератор энергоснабжения фантомов осторожно подсунул под кровать рядом со спальником. В последнюю очередь активировал компакт-кристаллы с духами.

Защитник медленно проявился в пространстве и поплыл в угол, но по какому принципу он его выбрал, я не понял. Дух, вообще, мало говорил, а когда его спрашивал, то отвечал коротко и неохотно. Повар появился на миг и снова исчез, раздосадованный отсутствием кухни. Зато Марго, вынырнувшая в реальность нашего мира, сразу зависла над ноутбуком и начала перечислять:

— Доступно шесть обновлений для программ и операционной системы, произвести их установку?

— Ишь ты, какая говорливая, — подал голос домовой, сидя на полу возле печки.

Потом он оглядел палатку и снова заговорил.

— Не пятистенок, конечно, но на безрыбье и рак рыба. Помню, в осемидесят втором годе тоже в землянке жить пришлось.

— Это что же такое случилось, что народ из квартир в землянки переехал?

— Тогда это обычное дело было, — начал в ответ дед, — погорит дом, народ в землянки.

Обычно за неделю новый дом поставят и дальше живут. Но в тот раз не уберёг я их.

Дед протяжно вздохнул.

— Погорели все, окромя мужика. Только головешки заместо людей. Семеро детишек один другого меньше.

— Проводка, наверное, замкнула? — спросил я, проникшись печалью домового.

— Да откудова в те времена искричество. При анпиратрице хоть науки и процветали, но искричество я токмо спустя двести лет первой раз углядел.

— Какой императрице? — опешил я.