Сага об орке. Некомандный игрок

Ветра почти не было, корабль раскачивало на огромной океанской зыби.

— Эй, Кнуд, — крикнул я, — ты ж говорил, что нужен хороший ветер? А это что?

— Погоди, — ухмыльнулся старик, — ща как из-за берега-то выйдем, по-другому заговоришь.

Мимо, меньше чем в полукилометре тянулся высокий и скалистый западный берег северной оконечности Вестлёнда. Наконец показался Драконий зуб — скала, по виду действительно напоминавшая клык гигантского животного, вертикально вздымающаяся из самой оконечности острова. Высоту оценить было сложно, я вы сказал три или четыре высоты «Ворона» вместе с мачтой.

Как только прошли Зуб, так сразу «включили» сильный восточный ветер, от которого до того закрывал берег. Усилилось и волнение, через борт полетели клочья морской пены.

— Почему не ставим парус? — на корму, хватаясь обеими руками за всё, что попадалось, притопал Сигмунд.

— Погоди, форинг, я же не знаю куда править. Надо восхода дождаться.

— Долго?

— Да я почем знаю! — Кнуд независимо пожал плечами.

Чего тянуть? Я мысленно хмыкнул, пока видно землю, можно смело двигать в сторону от нее, а как солнышко взойдет, курс подкорректируем...

Наконец, в стороне, где по моему предположению и был восток, небо окрасилось розовым. На фоне летевших над нами рваных клочьев грязно-серых облаков смотрелось эпично.

Кнуд в очередной раз достал свой круг, покрутил его в руках, что-то прикинул, беззвучно шевеля губами и уставившись в небо. В разрыве облаков показался маленький краешек солнечного диска.

..

— Ставим парус!

Как же хорошо, что я не задействован в этой процедуре! При таком волнении это сродни акробатике.

Наконец, «Морской ворон», хлопнув натянувшимся парусом, то вскарабкиваясь на волну, то ухая вниз, в брызгах, в пене, со свистом ветра в снастях направился в одному Кнуду известную точку на горизонте.

— Хорошо, что не пошли в Бьёрке! — крикнул, довольно улыбаясь, кормчий, — Чую восточный ветер установился надолго. Шли бы вы сейчас на веслах против такого!

Из-за ветра, задувавшего аккурат в правый борт, наш левый постоянно забрызгивало.

Многие парни с моего борта перебрались под противоположный, а на меня навалилась апатия. Делать ничего не хотелось. Я закутался в плащ из шкуры козла, кстати — гениальное изобретение: длинная сальная шерсть почти не намокала, позволяя каплям скатываться, а сам он отлично защищал от ветра; облокотился спиной на «дышащий» на волне борт, вытянул ноги в «морских» сапогах по палубе.