Во все Имперские ТОМ 1 ТОМ 2

Время как будто стояло, точнее, просто не существовало.

Я мыслил за пределами времени.

Бросив взгляд на своих друзей, я убедился, что все, кроме Рокфора, живы, хотя у сестры была рассечена голова, а Алёнка явно находилась в глубоком обмороке. Дрочило похоже еще не осознал, что что-то пошло не так, и нас сбили. Вероятно он так и не успеет этого осознать, мы разобьемся раньше...

— Чего ты ждешь? — закричал Царь в голове, — Останови эту летающую хреновину!

— Это называется самолёт. Как я его остановлю?

— Слушай пилюлю, дурень! Быстрее! Её действие скоро закончится.

Слушай пилюлю? Это еще что за бредни? Типа как на плакате — скажи наркотикам «нет» и вообще прекрати разговаривать с наркотиками? Только в моём случае наоборот — слушай наркотики, то есть пилюлю?

— Впусти её в своё разум, — потребовал Царь, — Как ты впустил меня, когда спасал сестру от Мартыханова, помнишь?

Ага, помню. Тогда это закончилось убийством человека, а может и двух, если предположить, что барчук Мартыхановых тоже сдох.

Хотя ладно, сейчас не до жиру. Выбора у меня не было.

Я открыл свой разум пилюле, и Третий Глаз теперь не только смотрел, но и говорил со мной. Не словами, а прямо действиями, указывая мне, что предпринять.

Прежде всего, я выбил ногой дверцу самолёта. Точнее даже не ногой, а чистым потоком золотой магии, в который превратилась моя нога.

Дверца унеслась в потоках ветра, а я вылез из самолёта и полетел рядом с ним. Да, именно полетел, в потоках золотой магии. Как супермен, только круче.

Я был сейчас большим и сильным, больше кита и слона вместе взятых. Не в физическом смысле, а в духовном. Мое астральное тело, вызванное пилюлей, громадное и золотое, поглотило мою физическую тушку. Я был в коконе из чистой силы.

Я воздел в полёте руки и охватил золотым сиянием самолет, стараясь замедлить его падение. Ощущение было странным. Я не чувствовал мышечного напряжения, но ощущал некую неловкость. Самолет пытался вырваться из тисков моей силы.

Но, приноровившись, я все же схватил кукурузник сетью золотого сияния. Моя мощь вступила в бой с самой гравитацией и инерцией падавшего самолёта!

И я начал побеждать, медленно, но верно.

Падение самолета замедлялось, вокруг меня и кукурузника всё ярче разгорался золотой свет.

Мы мчались над автобаном, как челябинский метеорит. А потом бешеное падение, совсем замедлившись, превратилось в парение.