Во все Имперские ТОМ 1 ТОМ 2

Павел Павлович не должен появиться на сегодняшних похоронах. Мы его арестуем, а Глаз-Алмазова отправим на виселицу, а Охранку разгоним ко всем херам...

— Мы вроде уже обсуждали и отмели этот вариант, — заметил Медведянский, — Никому не нужна гражданская война, Борис.

— А Корень-Зрищин? — заорал Лёдов, — А Корень-Зрищин, а Глаз-Алмазов, а всё остальное дерьмо, которое трется возле Павла Павловича? Павел Павлович уже больше суток не выходит из покоев, подкупленные мною слуги докладывают, что за все время, прошедшее с охоты, он принял только Корень-Зрищина, Глаз-Алмазова, Исцеляевскую и Жаросветова! И всё.

Ты вообще понимаешь, о чём это говорит? Пророчество начинает сбываться, нам всем буквально грозит смерть и...

— УСПОКОЙТЕСЬ, ГОСПОДА, — сказало Чудовище, впервые открыв рот, — БОРИС, ТАМ ШТОФ НА КАМИНЕ. ВЫПЕЙ. УСПОКОЙСЯ.

Лёдов последовал совету, в зале повисла тишина, было только слышно, как водка перетекает сначала в рюмку, а потом в горло тайного советника.

— ЧТО С ОСТАЛЬНЫМИ ПРЕТЕНДЕНТАМИ? — спросило Чудовище.

Ответил Псобчаков:

— Кхе-кхе... Думаю, никакой опасности. Малой в Петербурге, Михаил в Париже. За ними ведется круглосуточная слежка, как с нашей стороны, так и со стороны Охранки.

Михаила никто на похороны, разумеется, не пустит. Его даже в Россию не пустят. А Малой... Я не думаю, что сейчас время думать о нём, Ваше Величество.

— Верно, — влез Лёдов, — Всё правильно. Сейчас время думать о государственном перевороте. Именно сейчас.

— Кхе-кхе... — прокашлялся Псобчаков, — Вам бы только переворачивать, Борис Николаевич, то стаканы с водярой, то государство...

— Ты бы лучше за своей внучкой последил, пёс, — мрачно ответил Лёдов, — Твоя ненаглядная Асюша, как мне докладывали, всё еще якшается с Огневичем. Громит вместе с ним в Царском лавки купцов, заподозренных в измене, в измене Павлу Павловичу, попрошу заметить... Тут в пору задаться вопросом, кому на самом деле служит клан Псобчаковых.

— Ну, молодежь всегда склонна к радикализму... — заступился за Псобчакова Медведянский.

— А ты б вообще молчал, — заткнул его Лёдов, — Твой племянничек по моей информации состоит в той же масонской ложе, что и Асюша с Огневичем. Так что твоя лояльность тоже под вопросом, Димон, под большим.

— Племянничек? — растерялся Медведянский, — Это который? У меня их по-моему двадцать, если не тридцать, это если считать внучатых...