Кельт. Место под солнцем

Ну Хики, ну остроухий гаденышь, держись!

Я откинул дерюгу с входа в мою землянку и обомлел.

Вытянувшись о весь рост и заняв почтив весь пол землянки, в ней лежал высокий высохший как мумия старик.

ГЛАВА 1

Дедок был не столько стар, сколько иссушен до почти скелетообразного состояния.

– Что это за мир, парень? – спросил он, со скрипом перекатившись на бок.

Казалось каждое слово, вырывающееся из его слипшегося рта, сопровождается облачком пыли.

– Какой мир?.. – вопросом на вопрос ответил я, а потом взревел раненным быком.

– Дома? – старик удивленно вскинул практически отсутствующие брови. – Я думал это выгребная яма… хе-хе…

После такого заявления мне очень захотелось, как следует наподдать ублюдку ногой по сморщенному тощему заду. Но что-то меня остановило.

Старик хотел что-то сказать, но вдруг закашлялся. Жутко. Надрывно и со свистом.

Кашлял он столь долго, что я уж думал, бедолага отдаст концы прямо сейчас… Но, как это ни удивительно, когда он наконец прокашлялся, то стал выглядеть немного получше.

– Так что это за мир? – повторил он свой вопрос.

– Мы называем его Солнар, а это, как бы тебе он ни был смешон – это мой дом в Гнилом Конце, и другого у меня нет.

Старик почесал лысую голову и кивнул.

– Не обижайся, малец, – улыбнулся он беззубым ртом, а потом, кряхтя, встал и, откинув дерюгу, вытянулся во весь рост, оказавшись почти на две головы выше меня.

Запрокинув голову, он раскинул руки, будто пытаясь объять все пасмурное небо разом.

– Хей, ублюдки! Я все-таки возродился! Суки! Снова! И теперь вам мало не покажется, ха-ха-ха! Мало, говорю я, не покажется!..

Черт подери… Да он полоумный. Ко мне в убежище залез полоумный нищий старпер!

Но старик вдруг прекратил бесноваться и снова взглянул на меня своими белесыми глазами.

– Ты знаешь, парень, кто твой отец?

Эта резкая перемена темы немало озадачила.

– В тебе сильная кровь, парень. Это кровь то ли бога, то ли одного из тех бродяг по мирам, что и сами почти подобны богам. Я знавал таких… Быть может, я даже знавал того, кто эту кровь здесь оставил… Все может быть… Об этом следует подумать. Но позже.