Маг с яростью дракона

Но демоническая жуткая внешность исчезла, уступив место его обычному виду — с золотистыми рептилоидными глазами и не такими острыми клыками. Айрис с еле сдерживаемой лукавой улыбкой наблюдала за ними. Светозар также увидел незнакомую парочку, мило шушукающуюся: красивый стройный светловолосый молодой человек и черноволосая девушка в светлой тунике, которую парень нежно обнимал за плечи. Он заметил их, неохотно убрал руку с плеч своей спутницы и начал шептаться с золотистым драконом, сидящим рядом с ним. Светозар перевёл взгляд на трубадура, но тот явно не знал ни эту парочку, ни дракона.

Братья Твердолобы, как обычно, с равнодушным видом рубились в карты, не проявляя никакого интереса к беседам своих спутников.

Айрис представила их спутников. Пройдоха с интересом поглядел на парня с драконом. Значит, тот живёт большой частью на острове с его родителями, и прекрасно себя чувствует при этом? Друг сына Лютого, спутник дракона. У отца дракон, даже у этого красавчика дракон, а он, сын мага, сумел приручить только насмешника.

Хотя тот так любовно обнимает за шею Маргелиуса, что ещё неизвестно, кого он больше любит.

После ужина, прошедшего в молчании, Светозар попытался поговорить с магом, но натолкнулся на презрительные насмешки.

— Меня не волнуют дела людей, и сколько их там погибнет, — холодно произнёс Маргелиус, отметая все возражения. — Я не буду участвовать в битве за Гвилберд. Сандразары идут стеной на Страну Роз и Цветов — это не мои проблемы, пусть их маги отрабатывают свои харчи.

Несчастный Пройдоха попробовал воззвать к спящей совести мага, но тот лишь зло предложил ему заткнуться.

Светозар терял терпение, споря с Маргелиусом до хрипоты, но тот с ледяным самодовольством отказывался как-либо помочь.

— Мы теряем время. Эта тварь издевается над нами и ни за что не будет помогать. Это претит его чёрной натуре! — выругался в сердцах Пройдоха.

Светозар оглянулся на мага и внутренне взвыл. Снова трубадур всё портит. Зачем он бесит мага намеренно? Лицо сидящего напротив человека застыло, побледнев от еле сдерживаемого гнева, на лбу выступил пот, когти царапнули камень.

Маргелиус скрипнул зубами и одним прыжком повалил Пройдоха на землю, одной рукой держа его за одежду у горла. Его кулак взметнулся вверх, готовый нанести сокрушительный удар.

— Ну, давай, убей меня! Тебе же ни до кого, кроме себя, нет дела! — гневно выкрикнул трубадур, не пытаясь вырваться. Он не отрываясь глядел в разъярённые сверкающие глаза своего отца.

Раздался испуганный вскрик.