За моего отца!

Камера была просторней, чем я ожидал, однако, назвать ее «комфортной» язык не поворачивался. Здесь была лишь дырка в полу, игравшая роль туалета. Она была привалена камнем и благодаря этому запах внутри был лучше, чем я думал. Или тут дело в магии?

Кроме дыры в полу, заметил, что везде валяется солома. Не так много, чтобы можно было закопаться в нее и уснуть, но хоть что-то, чтобы не лежать на холодном полу.

Внутри царил полумрак, свет давало лишь небольшое заколоченное окошко высоко наверху да факелы в коридоре.

В дальнем углу, прислонившись к стене, сидела молодая женщина лет тридцати на вид. Левая часть ее лица была скрыта во тьме, но правую освещал свет из окна. Незнакомка посмотрела мне в глаза сразу же, как я вошел в камеру, и по ее взгляду стало ясно: лучше к ней не подходить. Нет, никакой агрессии, лишь уверенное спокойствие. От девушки буквально исходила угроза. Однако, она быстро потеряла ко мне интерес и отвернулась к стене.

Кроме женщины, в камере было двое очень похожих друг на друга мужчин, явно братьев. Один из них был чуть старше и толще второго, кроме того, у него не было родинки под правым глазом. А так – как две капли воды. Они сидели так, что свет из окна падал прямо между ними, и увлеченно играли в нечто, напоминавшее карты. Правда, мое появление отвлекло их от партии.

- Новенький? – поинтересовался тот из них, что с родинкой, а потом приветливо улыбнулся.

- Ударил баронета по лицу. Дважды, - немного подумав, ответил я. Решил, что можно не врать – уверен, Озрис позаботится, чтоб об этом стало известно. Интересно, что мне за это полагается по закону?

- Да ладно? – у второго отпала челюсть. – Ну ты и мужик! И как он тебя на месте не пришиб?

Краем глаза заметил, как девушка в углу повернула голову и окинула меня изучающим взглядом, от которого становилось не по себе. Лучше б уж она меня по-прежнему не замечала.

- Именно это он и собирался сделать после моего первого удара. Поэтому и пришлось заехать еще раз.

Братья переглянулись, а потом хором заржали.

- Ну ты даешь! - покачал головой тот, что с родинкой. – Если он был в отключке, почему ты не убежал? Не верю, что наш господин баронет запомнил бы в лицо какого-то простолюдина.

Титул Озриса он произнес по-особому, растягивая звуки и со слащавой улыбкой, демонстрируя свое отношение к Кархану-младшему.