Попытка №77! Шаг первый: Магическая академия! Часть 1 и Часть 2.

— Не беспокоят ли тебя демоны, Ланселот? — начал он ко мне приближаться, тем самым полностью разрушая мои личные границы.

Я уже хотел было сделать шаг назад, но тяжелая рука моего бати остановила меня. Проклятый старик, они же просто чертовы фанатики! Провели тебя вокруг пальца как последнего дурака! Не было во мне никаких демонов, я просто плохо сыграл роль маленького ребенка!

— Не бойся меня, Ланселот, — прозвучали его слова максимально угрожающе.

И как люди вообще сюда ходят?

— Я... я и не боюсь вас, пастор.

— Ланселот, через мои глаза смотрит сама Алессия, ну а она подсказывает мне, что ты боишься. Всегда боялся.

— П-пастор, вы наверняка ошибаетесь.

— Я думаю, что сила демонов всё ещё осталась в тебе, но не беспокойся, Ланселот, это пройдет. Великая Алессия изгонит из тебя эту пакость, ведь ранее мы уже убили зародыш — остались лишь мелкие ранки...

Нет, вы не убили зародыш, вы убили мою психику! И это его вечное формальное «Ланселот», лучше бы «сыном» называл, как и святые люди в моём старом мире!

— Пастор Гларс, — в знак уважения наклонил голову отец, — я пришел чтобы просить у вас исцеления.

— Да, Аркс, я вижу спину твоего сына. Думаю, что я лично займусь его исцелением!

Как ты можешь видеть мою спину, я же стою к тебе лицом! Или опять скажешь, что великая Алессия показывает тебе мои раны!?

— Буду вам благодарен, — подтолкнул он меня к этому лысому гаду, и тот в свою очередь тут же тяжелой хваткой схватил моё плечо!

Ай, больно! Чертов фанатик! Ты лечить меня собираешься, или хочешь сломать мне плечо!?

— Пойдем быстрее, Ланселот, у меня сегодня много дел.

Каких мать твою дел!? Ты же чертов аскет! Ты только и делаешь, что жрешь сушеное мясо и твёрдый хлеб, потом пьешь воду, за двадцать минут лечишь пару человек за день, и оставшийся день молишься своей богине! Да ты чертов бездельник! Тебе даже убираться не надо, за тебя всё делают ваши младшие верующие! ಠ益ಠ

Дотащив меня до одной из десятка комнат, в которой из мебели была лишь одна табуретка, он усадил меня на эту чертову деревяшку, после чего буквально насильно снял с меня верхнюю одежду, подошел со спины, и начал молиться:

— О великая Алессия, одна из девяти высших, вторая мать, защитница угнетенных, страх всех нечестивых, да благослови ты это бедное дитя, исцели его раны, о вторая мать, — стала комната светиться яркими лучами, — одари меня своей чудесной силой.

Ох, ну а я же покрепче сжал свои зубы, ведь где-то через полминуты начнутся мои мучения.