Три службишки

Три службишки

Ольга Голотвина

Глава 1

Посвящается Ивану Савоськину и Елене Федорив

Четыре дня погоня шла по пятам за Ерошкой. Четыре дня гнали мужика царёвы люди. Им-то что, они конные, а Ерошка пеший. Им за беглого заплатят. Да еще барин Ерошкин, Севастьян Поликарпович, от себя деньжат пообещал, ежели вернут холопа.

Четыре дня и четыре ночи Ерошка то бежал, то таился, то в реку прыгал, то крапивой да бурьяном полз, то в озерце, в камышах отсиживался. Спал вполглаза, урывками. Вымотался, хоть и сильный был мужик.

А на пятый день не выдержал Ерошка. Из последних сил махнул туда, куда в здравом уме бы не сунулся – на опушку да в чащу. В ту чащу, куда девки по ягоды не ходят, где бабы хворост не берут, а мужики не ставят силки да капканы. В Чернолесье прокля́тое.

Вот тут погоня от него и отстала. Дураков нету – ради награды в жуткое Чернолесье соваться. Чай, там и упыри, и волколаки, и людоедка Яга с зубами железными.

Помнил и Ерошка об ужасах Чернолесья. Не от храбрости в чащу полез – от отчаяния.

Не шел, а брел напролом, последние силы тратил. Почти ничего вокруг не видел, сучья ломал, коряги давил. Через мертвые деревья, что на пути лежали, не перелезал, а переваливался, вставал и снова брел. Шум стоял – как от стада кабанов. А уж по следу, Ерошкой проложенному, нашел бы беглого даже малый ребенок – да только откуда ребенку взяться в Чернолесье? Нет тут ни одной души, окромя про́клятых!

Крепок был мужик – да не из железа. Подкосились ноги, упал беглец лицом в высокий папоротник.

Нате, ешьте Ерошку...

* * *

Пришел в себя Ерошка на лавке, укрытый тулупом. Над головой был низкий темный потолок, затянутый паутиной. И еще рядом звучала тихая песенка.

Не шевелясь, Ерошка осторожно скосил глаза.

Теперь он видел белёную печь, длинный стол и белобрысую девочку-подростка, что протирала полотенцем глиняные миски.

Хоть Ерошка и был осторожен, но, видать, чем-то себя выдал.

Девочка поставила миску на стол и приветливо спросила:

– Очнулся, дяденька Ерофей?

Притворяться было глупо.

Ерошка спросил:

– Кто ты, хозяюшка? И откуда знаешь, как меня зовут?

– Здесь многое знают, – возник рядом властный старушечий голос. – А хозяйка здесь – я!

Ерошка сел на лавку, уронив тулуп на пол.

В дверях стояла крепкая старуха в темной рубахе и длинной суконной юбке. Вроде обычная старуха... но Ерошка почему-то сразу понял, кто перед ним.

– Что делать со мной будешь, Баба Яга? – спросил он, не ожидая ничего доброго.