Фокстрот. Том первый из книги 1 "Крымская станица". Серия de la Фентезятина.

Вот и у неё сейчас состояние — то ли расплакаться, то ли рассмеяться, но непросто всё, неспокойно внутри. И кто ж её такому надоумил?

И тут я почувствовал, как будто кто-то ткнул меня тёплым мокрым носом в коленку, ткнул и счастливо задышал-засопел, подставляя макушку с двумя длинными вислыми ушами под погладить. Только ткнул — изнутри меня самого.

Догадка — обожгла.

"Дом, это — ты!?" — и в ответ гордое и радостное, громкое такое "Вах!", как лай пса, приветствующего своего хозяина.

"Дом, зачем тебе это, ты же недавно совсем больной был!?" — в ответ "Врррааа…" — и ощущение, как в больничной палате, когда уже выздоравливаешь, но ещё не выписывают: и здоровье ещё не особо, но так нудно и муторно болеть, что просто ищешь, чем бы заняться, что бы такое сделать.

"Так что, выздоровел?!" — в ответ неуверенное "грм-грм-грм" и смущённое такое чувство, как будто виноватый пёс прячется под твой стул, но хвост его торчит наружу и помахивает по полу дружелюбно из стороны в сторону: "я виноват, но ты прости меня, хозяин!"

-- Анатолий Иварович, всё нормально? — очевидно, буря эмоций от этого внутреннего разговора не смогла не отобразиться у меня на лице.

-- Да я вдруг подумал… Вот и урожай, и известность, и доходы вы получили, и большие, да? А налоги?

-- А что налоги?

-- Ну смотрите, одно дело, если торговля идёт на рынке, своим, выращенным и собранным в размерах мелких приусадебных хозяйств, да? Там налоги входят в цену аренды торгового места — я не силён в местном налоговом законодательстве, могу ошибаться, вроде так, да? И совсем другое дело, если вы продаёте уже не как мелкий собственник, а как оптовик, когда к вам сюда приезжают и прямо возле плантации скупают всё свежесобранное! Тогда получается, что расходов на рынке у вас ноль, и вы налогов не платите, перекуп — платит, а вы — нет! То есть большой урожай должен дать вам бо́льший доход, а государству бо́льшие налоги — а налогов нет! Вот и думаю, когда сюда нагрянет налоговая полиция, всех нас штрафовать, урожай изымать, сады как средство экономического преступления отчуждать и с торгов продавать!

И пала за столом воистину ревизоровская пауза: кто вилку до рта не донёс, кто с рюмкой поднятой застыл, кто просто глаза вытаращил, только Андрей Петрович назад откинулся и из-за спины сидящих мне издалека большой палец показывает.

-- А я вам говорил! — на третьей минуте тишины взвился штопором Антон.