Война кланов. Ведарь

Отстранившись от ствола высокой березы, она поманила за собой. Я тоже постарался не оставлять следов, но ноги проваливались сквозь твердую корку. Два раза тело погрузилось по пояс в сыпучую массу, пока я дошел до тети.

– Эх, Саша, оглянись назад – прошел, будто ребенок специально долбил наст! Поступь должна быть легкой и невесомой, для этого центр тяжести переносится ближе к горлу, – тетя протанцевала по заснеженной площадке. Как пушинка пронеслась над белыми барханами, сколько ни смотрел – ни следа прохождения по природной простыне не обнаружил.

– Тетя Маша, круто! Научишь, как это делать?

– Конечно, научу, но тут надо мозгами поработать, а не только телом. Представь себя перышком, что невесомо струится в потоке воздуха. Пухом от неоперившегося цыпленка в пыльном завороте ветерка. Самым легким дуновением на лобик ребенка. Вот с такими мыслями и смещенным центром тяжести попробуй пройтись, – тетя Маша кивнула на свой танцпол.

Я выдохнул, закрыл глаза, мысленно поднял центр тяжести до уровня лба, представил свое тело в невесомости, и попробовал протянуть тело за скользящими ногами.

Перышко! Пушинка! Ветерок!

Увы, не получилось – тело провалилось по пояс, да ещё и ртом зачерпнул порядочную пригоршню снега. Пока вылез, да отплевался, тетя вальсировала по снежному покрову, подобно королеве на балу, даже мурлыкала под нос что-то вроде «Вальса цветов» Чайковского. Я замер, глядя на нее.

– Видишь, Саш, как это легко? Повторяй за мной, раз шажочек, два шажочек.

– А если я упаду и заплачу? – первый же шаг оказался провальным.

Рыхлый снег встретил радостным скрипом, под колено ударила жесткая корка.

– Не упадешь, ведь я тебя поддерживаю, а если навернешься, то тогда и заплачешь, – тетя крепко сжала руку. – Сосредоточься, тебе никто не мешает.

Я сосредоточился на том, что рука тети забирает весь вес, и мое тело становится невесомым. Сделал шаг. Наст не проломился. Сделал другой, третий.

– А ты боялся, оглянись назад! – тетя отпустила руку и отпорхнула на пару метров в сторону.

Оставшись без опоры, я несмело покачался на месте, наст угрожающе просел под ногами. Представил руку тети, забирающую вес, и проседание остановилось. Стараясь не делать резких движений, развернулся на месте. На белом снегу отпечатались неглубокие следы. Мои.