Тёмных дел мастера. Книга четвёртая

И, даже не хлопнув по крупу лошади, заставил её нестись вперёд, словно кобылу окружила стая волков.

А между тем летевшие на них со всех сторон новые заклинания теперь имели совершенно невообразимые траектории, а также сопровождались громкими стонами, кашлем и плевками, перемежавшимися проклятиями.

— Что… пф!..

— Мухи!..

— Как?.. -*Гх-гх-к*, *гх-р-р!!!*…

— Капи-тан… *гх-к-р-р!!!*… Здесь туча мух!

Голоса рычали вразнобой, а сами люди ни с того ни с сего уже начинали судорожно хвататься за горло, пока Гортер пригибался к козлам, не забывая при этом временами защищать себя луком от очередного магического снаряда.

Хотя для защиты своих спутников у него, к сожалению, почти не оставалось возможности из-за слишком большой скорости этих заклинаний, мелькавших в темноте, как яркие всполохи смерти. И всё же, ощущая их искусственное начало каждый раз чуть ли не кончиками волос, Гортер в то же время мог с уверенностью сказать, что по отношению к своим неведомым силам, напротив, не чувствует ничего подобного. Как и прежде, они казались ему настолько естественными, насколько вообще естественно для человека дышать или стоять.

Обратив в какой-то момент внимание на то, что впереди их также ждёт светящаяся линия магического оцепления, установленного здесь, по всей видимости, этими самыми атакующими, бывший следопыт отпустил борт коляски, за который держался, чтобы не упасть, и стал шарить рукой в поисках колчана. Увидев это, хаас-динский мальчик сорвался с места и, стараясь так же не потерять равновесие, юрко проскользнул вперёд, чтобы передать старику то, что тот искал.

— Спасибо, малец, — мимоходом поблагодарил его Гортер, после чего, почти не глядя, нащупал пальцами хвостовик очередной особой стрелы, резко вытянул, наложил на тетиву и, почти не целясь, выпустил.

Пролетев не больше семи метров, стрела пересекла границу полупрозрачного магического барьера — и тот мгновенно исчез, что позволило лошади не врезаться в него со всего разгона, когда она секундой позже промчалась между двумя бронзовыми столбами, которые служили барьеру в качестве генератора и основы.

«Эх, какую стрелу пришлось истратить!» — в очередной раз с досадой подумал Гортер.

В то же время для Исдана подобное уничтожение магического барьера явилось настоящим открытием, поразившем его до глубины души. Ведь, будучи жителем столицы, он уже довольно долгое время как-то совершенно неосознанно успел приучить себя к мысли о том, что бороться с магией можно только при помощи другой магии.