Стигма ворона

Он шел позади своих сотоварищей в нескольких шагах перед Ником, раздражаясь от ощущения постоянного присутствия кого-то прямо за спиной. Из-за этого он старался прибавить шагу и увеличить отрыв. Ноги от постоянного подъема начинали наливаться свинцом, ноша за плечами с каждым шагом становилась все тяжелей. Наконец, Никкаль слегка отстал, и Эш, глядя себе под ноги, принялся вспоминать все, что знал о зарождении вражды между людьми и дикими духами.

Легенды учили, что люди до появления духов жили, как дикие звери. И тогда с серебряного острова из глубины небес на землю сошли Священный Орел, Змей и Великая Мать.

Змей и Орел любили друг друга, как братья, а Великая Мать была им как сестра. Втроем они осветили своей силой людей, и пробудили в диких созданиях разум, совесть и стремление к красоте.

Но скрытный и коварный Змей пугал людей, в то время как Орел и Великая Мать вызывали благоговение. И якобы Змей из-за этого обозлился на своего брата и проклял тех, кто ему поклонялся. Змей уполз в дальний край, разорвал свое тело на тысячи кусков, и каждый из них стал духом ненависти и злобы.

А Священный Орел, чтобы защитить человеческий род, взял себе в жены Великую Мать и породил двенадцать Акад.

С тех пор Акады защищают человеческий род, а дикие духи желают ему скорейшей погибели.

Вот только если дикие духи так ненавидят людей, почему некоторые из них по доброй воле делают людей своими носителями, вместо того, чтобы убивать их? Почему дух Ника послушно усиливает его в битве против своих же, вместо того, чтобы использовать человеческую оболочку против самих людей?

Та тварь могла бы убить Эша.

Но вместо этого она просилась внутрь.

Почему?

Что-то здесь не клеилось. Жрецы в зиккуратах явно привирали, или чего-то недоговаривали. Не только ненависть к человечеству управляла дикими духами. У них явно есть и какие-то другие мотивы...

Погрузившись в размышления, Эш не заметил дохлую крысу у себя под ногами и запнулся. Чтобы не упасть, он непроизвольно схватился за стену и почувствовал под пальцами что-то склизкое и холодное.

Парень брезгливо одернул руку, а со стены наземь упали полупрозрачные, студенистые тельца пары слизней-мокрецов длиной в палец.

Мокрецы?..

Подняв глаза вверх, в полумраке Эш разглядел свисающие с потолка тонкие, как волос, нити корней.

А это могло означать только одно. Эш хотел было задать вопрос, но в этот момент прозвучал голос Лиса, шедшего с факелом впереди.

— Ник, мы что, поднимаемся на поверхность?

Эш фыркнул.