Неподходящее занятие для женщины. Черная башня

Корделия подумала, что эти полные белые бедра могут произвести более глубокое эротическое впечатление, чем целый город загорелых ног, и девушка определенно сознавала это. София Тиллинг тоже не была дурнушкой, но ее внешность лишь подчеркивала куда более совершенную красоту подруги.

На первый взгляд четвертый участник компании не производил яркого впечатления. Это был коренастый молодой человек с бородкой, курчавой рыжеватой шевелюрой и лопатообразным лицом. Он лежал на травке бок о бок с Софией Тиллинг. На всех, за исключением блондинки, были старые джинсы и рубашки с расстегнутыми воротниками.

Подойдя к ним, Корделия постояла какое-то время молча, прежде чем они заметили ее.

– Я ищу Хьюго и Софию Тиллинг, – объявила она. – Меня зовут Корделия Грей.

Хьюго Тиллинг поднял глаза.

– «А что Корделии сказать? Ни слова. Любить безгласно»[2 - В. Шекспир. «Король Лир». Перевод Б. Пастернака.].

– Люди, ощущающие потребность отпускать шутки по поводу моего имени, обычно спрашивают и про сестер. Это так скучно!

– Еще бы.

Дейви Стивенс сел, как китайский болванчик, и дружеским тоном сказал:

– Привет!

Он смотрел на Корделию с напряженным интересом. Она ответила ему тем же. Сначала – возможно, под влиянием архитектуры колледжа – у нее сложилось впечатление, что эта маленькая группа представляет собой юного султана в окружении двух фавориток и капитана личной гвардии. Однако, встречаясь взглядом с Дейви Стивенсом, она начала думать, что в этом серале главная роль принадлежит, пожалуй, именно капитану.

София Тиллинг кивнула и сказала:

– Хэлло!

Изабелль промолчала, но улыбнулась очаровательной и бессмысленной улыбкой.

– Отчего бы вам не присесть? – предложил Хьюго. – Объясните, пожалуйста, что вас привело?

Корделия осторожно опустилась на колени, опасаясь испачкать о траву платье. Вот странно – допрашивать подозреваемых – хотя, конечно, какие они подозреваемые, – стоя перед ними в позе коленопреклоненной просительницы.

– Я частный детектив, – решилась она. – Сэр Рональд Келлендер поручил мне выяснить причину гибели сына.

Ее слова произвели неожиданный эффект. Маленькая группка, только что роскошествовавшая в траве, напоминая утомленных рыцарей и дам, словно превратилась в мраморный барельеф. Еще секунда – и все стало как прежде. Корделии показалось даже, что она услышала общий вздох облегчения. Она внимательно посмотрела на их лица.