Сердеум

Сердечники были обречены с самого начала наших, гм… разногласий, и, выставив Границу, они лишь оттягивали неизбежное.

— Мы можем создать мир среди Терр! Зачем нам их территории? Зачем нам их страна? И зачем убивать? — все задавал риторические вопросы Дилан. Он не ждал на них ответа, знал, что не получит. Он отшагнул к Границе, чувствуя, как гнев на отца заполняет его всего. — Ты хочешь жестокости! Хочешь, чтобы я стал таким же, как ты! Хочешь мне показать людскую кровь, убив Валери!? Убить невинную девушку, просто из-за того, что.

.. — юноша оборвал и начал уже с другого места. — Ты хочешь завоевать Сент-Терру, потому что не хочешь заканчивать дело предков! Ты эту страну даже не знаешь! Ты! — выдохнул Дилан и, оставляя все свое отвращение к отцу в каждом слове, прокричал. — Ты монстр и всегда таким был!

И Дилан, уже не контролируя себя, заорал, вкладывая в свой крик ненависть, и выпустил из руки тёмно-синий, почти черный, столб пламени. Это было похоже на огонь, но, в отличии от обычного, он был темный, страшный, блестящий.

Поток невообразимой для любого Медделин-Терровца мощи черной громадой обрушился на всех, кто стоял на помосте.

Ричард с тихим ругательством скрылся в зазолотившемся коконе, а те, кто не успел спастись, с тучей брызг обрушились в синие волны океана. Сама же вода от немыслимой ранее черной энергии вздрогнула изнутри, поднялась высоким гребнем и понеслась к берегу Медделин-Терры.

А Дилан, не думая ни о чем, выскочил за Границу.

Привычный щелчок.

Привычная мелодия.

Проложенный маршрут.

И вот сырой песок пляжа Сент-Терры.

Глава 26. Вендерелл.

Логан дошел с Николасом, Катрин, Кэмероном и Анесс до вершины Скалы Ветров и только там, у длинного гладкого камня остановился.

— Желаю вам удачи, эве-Сент. — медленно, едва заметно растягивая слова, произнес он, пристально глядя в глаза девушки и словно не замечая, как ветер бросает ему в лицо кудрявые пряди длинных черных волос.

— Спасибо. — отозвалась та слегка смущенно. — И что помогли нам, и что пробовали помочь мне.

Только я никудышная ученица. — она грустно потупилась и пожала худыми плечами.

Логан поднял палец.

— Сразу понять мои учения — сложно. Но помни их и во время пути попытайся найти нить, связывающую тебя и этот мир.

— Я так и не понимаю, как ее найти.

Логан склонился к ней. Кончики губ поползли вверх, и он, снова растягивая слова, с легкой усмешкой проговорил:

— Пойми свое счастье. Пойми, когда ты была по-настоящему счастлива, и на это не влияло сердце.