Месть амазонки

Ищейки тайной службы, попытались перекрыть проезд, выкатив на середину улицы телегу горшечника, но огромный жеребец, просто перемахнул её. Словно издеваясь над преследователями, он радостно заржал и прибавил шагу.

Лин успела оглянуться. Из бокового проезда, со стороны дворца, на рысях, выезжала полная полусотня, посланная в погоню за ней. Сапсан вылетел к воротам и, не задерживаясь, понёсся прямо в пустыню.

Лин даже не пыталась управлять конём. Он как будто сам понимал, что нужно делать. Выскочив на дорогу из города, он снова наддал.

Не смотря на горе, восторг скачки опьянил её. Обернувшись, она увидела, как полусотня выходит из ворот и пускается в галоп. Но Сапсан уже сумел выиграть порядочное расстояние и теперь, просто наращивал этот разрыв. Лин попыталась сориентироваться и поняла, жеребец несётся туда, откуда пришёл, в Глотку Ифрита. Теперь, главное не нарваться на конный разъезд.

Эта гонка длилась уже час, когда Лин увидела несущихся ей на перерез всадников. Конный патруль. Они, увидев погоню, бросились на помощь полусотне. Сапсан, тоже увидевший противника, злобно всхрапнул и, оскалив зубы, рванул прямо на них.

Не ожидавшие такого кавалеристы, растерялись. Жеребец, подлетев к шедшему впереди, сходу ударил лошадь плечом. Каурая кобыла десятника, испуганно заржав, не устояла и повалилась на бок, придавила ногу всаднику.

Но от толчка, Лин не удержалась в седле.

Разъезд атаковал, но они не знали, что перед ними настоящая амазонка, обученная лучшим гладиатором. Короткая, стремительная схватка и на песке остались четыре трупа. Оставшиеся пятеро, отъехали в сторону и приготовили луки. Без приказа, они не могли убить её, но обездвижить, им никто не мешал.

Лин поняла, что это, её последний бой. В нескольких шагах, из песка торчали два огромных валуна. Быстро отбежав к ним, она прислонилась к тёплым камням и приготовилась драться до конца.

Солдаты вскинули луки, но Сапсан, отбежавший в сторону, вдруг бросился в атаку. Он наносил удары с такой яростью, что успел искалечить трёх всадников и разогнать всех лошадей. Но было поздно. Полусотня, на полном скаку развернулась веером и взяла их в кольцо.