Защитник Аркенсейла

- Годдард-Натаниэль, предлагаю тебе добровольно сложить полномочия и передать корону мне, как более достойному, — баронет хлопнул в ладоши и за его правым плечом возник Аватар Претендента, — иначе Аркенсейл захлебнётся в крови!

Совсем дурак, или не понимает чего? Вещать о собственном достоинстве, тут же обещая залить кровью свою же страну. Пиар ход так себе, прямо сказать. Ну а чего ещё ждать от средневековья. Политические технологии по воздействию на сознание электората здесь ещё не выработаны толком. Поэтому каждый извращается как может, в подготовке предвыборных выступлений.

В силу своего разумения и личных амбиций. Но Ортис ди Ньетто сейчас несёт явную чушь. Что, впрочем, его совершенно не смущало, и останавливаться он не собирался.

- Я думаю, что моего ближайшего друга и первого советника вам представлять не надо. На что способен Цэнхер-Нудтэй и его соратники многие знают не понаслышке, и теперь вся их мощь на моей стороне, — с этими словами он попытался по-приятельски приобнять Осквернителя.

Получилось комично. Не столько из-за разницы в росте, сколько потому, что Погонщик Скверны попросту отмахнулся от самозваного «друга», как от назойливой мухи. Если уж совсем уточнять, то, как от навозной. Противной, жирной и зелёной. С таким же омерзением и пренебрежительностью. Цэнхер-Нудтэй, вообще, не обращал внимания на пламенную речь ставленника, он прислушивался к чему-то своему. Эдик заметил такое его поведение и стал внимательно наблюдать за Синеглазым.

Баронет продолжал вещать, обещая самые сладкие пряники послушным и девятихвостый кнут непокорным, но его слова уже воспринимались как фон.

Эдик пытался спрогнозировать следующий шаг Цэнхер-Нудтэя. Шабыттандыру Айдас закончил расти, в силу чего скрипов, стонов и постукиваний стало значительно меньше. Похоже, Оплот Скверны полностью переместился в Аркенсейл. Осквернитель утвердительно кивнул своим мыслям и сделал шаг за спину баронета.

- В своём великодушии я не стану карать непокорных сразу и дам срок на размышление, — Ортис ди Ньетто решил закончить выступление в ультимативной форме.

Решить-то баронет решил, а вот закончить речь, собственно, не успел. Сколько он отмерял времени на обдумывание, так и осталось для всех загадкой — Цэнхер-Нудтэй свернул ему шею. Лёгким и непринуждённым жестом, в одно движение. Как курёнку. Никто и глазом моргнуть не успел, так быстро это произошло. Раз, и голова не состоявшегося правителя Аркенсейла безвольно повисла, вывалив язык на плечо.