Олимпиец

Вот только сейчас мне предстояло встретиться с группкой преступников, настолько отбитых, что они решили ограбить — пусть и не зная — один из Великих Домов Империи Эллинов.

И не только встретиться. Еще и напомнить им, что пятьдесят процентов денег, ради которых они готовились, проливали кровь и даже умирали, — теперь мои.

— Так даже лучше, — спокойно произнес я и внезапно для себя кровожадно ухмыльнулся. — Открывай дверь, Болтун. Пора мне и с твоими друзьями немного поговорить.

— Угу. Да. Понял. Как скажешь.

Парня явно проняло, вон как отшатнулся.

Впрочем, он быстро пришел в себя и удивительно резво направился к ближайшей двери, из-за которой как раз доносились приглушенные голоса. Одно нервное и слишком резкое движение рукой, и та распахнулась настежь.

Голоса мгновенно стихли.

— Э-э-э-э, народ. Это Алекс, — представил меня Болтун и отошел, пропуская меня вперед. — Он принес товар.

Я зашел в комнату и огляделся.

Кроме Болтуна за моей спиной, в помещении было еще пять человек. В дальнем углу с невозмутимым лицом и прикрытыми глазами, опершись на стену, стоял Рью.

Мы встретились взглядами. Он слегка наклонил голову в качестве приветствия, убрал ладонь с рукояти катаны и поставил ту на пол рядом с собой.

Я кивнул в ответ. Хорошо, что он здесь. И настроение у него нормальное, что тоже хорошо. Но далеко не все были рады моему появлению.

— Это он? — визгливо протянула костлявая женщина с крашеными волосами. — Этот сопляк? Сколько ему? Четырнадцать? Макар, как ты можешь это терпеть!

Она презрительно скривила губы, отошла от квадратного деревянного стола посреди комнаты и положила руки на плечи незнакомому мне мужчине.

Тот был толстоват и невысок ростом. Даже меньше меня, а ведь я никогда не причислял себя к гигантам. Завершала образ огромная лысина на полголовы, которую мужчина пытался безуспешно прикрыть тремя зачесанными вбок волосинами.

Смотрелось… так себе.

— Если ты думаешь, что получишь хотя бы копейку! — яростно прохрипел он, отчего вены на его шее опасно вздулись, и ткнул в меня похожим на сосиску пальцем.

— То ты сильно ошибаешься, молодой человек. Сильно ошибаешься! Верно я говорю, Семен?! Семен?

Огромный парень на стуле справа от входа отмахнулся и с трудом отвернул лохматую голову. Судя по мутному взгляду и стойкому запаху перегара, его мучала последняя степень похмелья. Это которая — отойдите от меня и дайте мне спокойно сдохнуть.

Отвечать здоровяк не собирался. Да и мог ли вообще? Он и сидел-то с трудом.