Темная бирюза 3 - Принц мародеров

Как говорит Лиин, великие забытые боги!

Конечно же, небо было легко различимой поделкой, но какой! Весь потолок пещеры был усеян гладким, словно зеркало, льдом, изогнутым в самых причудливых формах. Девушка терялась в догадках, как такое могло произойти, но заморачиваться тяжелыми вопросами было не в характере бога Радости, а потому она пояснила для себя это явление просто: магия.

Где-то за толщей льда были камни, и некоторые из них действительно сияли голубизной утреннего неба, а по площади мерно плыли ленивые облака.

Наверняка не совсем облака, но выглядело это явление так.

Вот только чем дольше архонка всматривалась в ложные небеса, тем больше ловила себя на том, что все это куда больше походит на водную гладь. Словно бы они с Тарой находились где-то глубоко под прозрачными водами, каким-то неведомым чудом научившись дышать. Землю же устилал сплошной ковер невысокой мягкой травы, среди которых поблескивало множество точек маленьких полевых цветов – мареновые, белесые, золотисто-янтарные, голубые…

Как же красиво… Хотелось пуститься в пляс.

Прежде в темнице она часто пыталась забыться в танце, убегая мыслями далеко на страницы немногих находившихся в Каменном Облаке художественных книг. Почти все она знала на память.

- Эй, подожди, я должна сначала… - начала было Мельтара, но архонка уже не слушала её.

Такие особые состояния следовало ловить, и не только из удовольствия, хотя архонка на самом деле о будущей выгоде в тот момент и не думала.

Второе дыхание настигло архонку, похлопало ее по плечу и с хитринкой указало на цветочное поле.

Вихрь огненно-рыжих волос факелом заплясал над желто-зелеными травами с обильной россыпью крошечных полевых цветов.

Рин закружилась в неслышном никому кроме нее ритме, однако стоило зрителю хотя бы на несколько секунд задержать свой взор на фигуре девушки, и неведомая мелодия сама отразится в его сердце и заиграет на струнах души.

В танце архонки чувствовалась свобода, вера в лучшее, надежда и столько радости, восторга самим фактом существования жизни, что оторвать взгляд от танца было уже невозможно.

Все, кто сейчас обратили свой взор на крохотную фигурку Саринфы, застыли, зачарованные творящимся у них на глазах чудом.

Тара сама не знала почему, но в этот момент она вдруг осознала, что по ее щекам стекают слезы. Она даже не заметила, как это случилось и была сильно удивлена, ведь в этот момент в ней не было скорби. И только спустя минуту вдруг поняла, что это были слезы радости.