Павшие боги

Что угодно, но не это. Всеми силами способствовать процветанию своего народа – вот какой была его цель долгие годы. Именно желая процветания фейри, Глэд исполнял приказы. Но также он чувствовал, что вскоре мир должен будет измениться и вполне возможно к худшему. Что близится война, которая может стать последней для фейри, и до ее начала всем колебаниям должен будет настать конец. К своему сожалению, за время ночных размышлений ни к какому ответу для себя Глэд так и не пришел, лишь бесконечно размышлял, попусту тратя время отведенное для сна.

В итоге сид смог поспать всего пару часов и очнулся злым, усталым, мрачным. Как раз в том настроении, что более всего подходило месту, где они с Мельтией остановились. Хотя Дэр Стилин, в противоположность этим мыслям, был сама любезность. Он предложил гостям плотный завтрак, развлекал их непринужденной беседой за столом. А затем проводил на поверхность, по вновь очищенной от воды деревянной лестнице.

На сей раз ступени стали для Глэда меньшим препятствием, чем были прошлым вечером.

На поверхности их уже ждали. К самой лестнице оказался подведен Саэф, в противоположность хозяину бодрый, сытый и довольный жизнью. Конь был определенно мудрее своего хозяина, ибо не забивал себе голову лишними мыслями и прекрасно спал всю ночь.

Глава поселения, как и вчера, намеревался проводить гостей по сидхе. Он ловко вскочил в седло и пристроил своего коня с правого бока от Глэда, куда менее грациозно забравшегося на спину Саэфа.

– К выходу из сидхе существует несколько путей, если желаете, я могу выбрать тот, что длиннее. Поверьте, в нашем поселении есть на чем остановить глаз, – с добродушной улыбкой проговорил тилвит.

– Мне бы не хотелось доставлять вам излишнее беспокойство, – ответил Глэд.

Смотрел он в этот момент на стоявшую рядом озерную деву – статную, прекрасную фейри, с золотыми кудрями. Тонкий стан, высокая грудь – в этой женщине имелось много того, что приковывало взгляд. И тем неприятней было видеть на ее лице гнев, щедро замешанный на страхе. Дэр Стилин мог быть сколь угодно благодушен, но все же сиду хотелось быстрее убраться от подобных взглядов.