Темный мститель

Скорпион-паук завертелся в поисках обидчика, взрывая вокруг землю, и вновь заприметил меня. Я был готов.

Ветер могил, усиленный посохом ударил в тварь. Против таких чар плоть монстра уже не устояла. Скорпион-паук завалился на бок, потом перекатился на спину, задрыгал ногами, весь сжался. Увидев, что монстр, наконец, повержен, Огонек бросился к спутнице, по-прежнему лежащей на земле и с ужасом наблюдавшей за короткой, но жутковатой схваткой. Я заковылял следом, не упуская при этом монстра из виду. Не то, чтобы я совсем уж не сомневался в эффективности ветра, но тварь продемонстрировала свою удивительную способность сопротивляться нашим с Огоньком плетениям.

Хотя беспокоился я напрасно. Монстр подтянул ноги к брюху, пару раз судорожно ударил хвостом и замер. Заклинание продолжало действовать, и еще через какое-то время от него осталась лишь пустая высохшая оболочка и хитиновый панцирь.

Я перевел взгляд на девчушку, уткнувшуюся в грудь Огонька обнимавшего ее и пытающего успокоить.

- Зачем ты побежала? – спросил я. – Ты нас всех чуть не погубила.

- Отвяжись от нее, Темный, - злобно сверкнул глазами Огонек. Но потом все же добавил. – Она с детства боится пауков.

- С детства? – я опешил.

- Что это была за тварь? – не стал развивать дальнейшую тему маг, помогая девушке встать.

Я кинул взгляд на скорчившуюся мумию. С детства, вот как…

- Не знаю. Никогда не встречал таких. Полагаю, либо на шум вылезла, либо шаманы постарались.

- Молнии закончились, – вдруг неожиданно прошептала девица.

Мы подняли глаза. Сеть мерцала по-прежнему, и злосчастная туча тоже находилась на своем месте. Но вот молнии, действительно, из нее уже не били. А затем раздался громогласный рык, пробирающий до фибр души и слышимый, наверное, на всех окрестных холмах.

- МОЖЕТ ДОСТАТОЧНО НА СЕГОДНЯ, О, МОГУЧИЕ ВОИНЫ?!

Я вздрогнул, узнав Ишмаэля. Огонек со спутницей тоже оказались застигнуты врасплох.

- МЫ ПРИШЛИ К ВАМ С МИРОМ! – продолжал звучать его голос на орочьем языке.

Некромант замолчал, и над полем битвы настала тишина. Лишь стоны раненых да умирающих нарушали ее. Я почувствовал, как Ишмаэль разорвал связь со своими орками-мертвецами, развоплотив их и снова превратив в трупы. Жест доброй воли?

- А что? Сразу так нельзя было сделать? – скривился Огонек.

Я пожал плечами.

- Полагаю, нужно было, сначала, завоевать их уважение.