Повелители стихий

Я бы не стал вырывать детей из их семей и привычной жизни без крайней необходимости. Так что, возможно, ты и прав, по большому счету. В том, что случилось на стадионе, была моя вина.

– Мальчики никогда не назовут тебя монстром, отец! – воскликнула Ева. – И они все понимают. Мы понимаем.

Она отпустила Марка и почти незаметно подтолкнула его к приоткрытой двери. Повернувшись спиной к Стюарту, чтобы тот не расслышал ее слов, она шепнула брату:

– Открой досье на Кору и Фостер. Проследи, где они бывали до своего исчезновения в прошлом году.

Свяжись по телефону с нашими копами в этих районах. Посули вознаграждение в сто тысяч долларов тому, кто найдет детей. Пусть Лука запустит свою программу по отслеживанию операций с банковских карт. Кора мертва. Фостер может дать промашку и воспользоваться кредиткой. Мы должны найти их до того, как детям воды исполнится восемнадцать в следующем месяце.

– Да, Ева, – пробормотал Марк.

Когда брат выскользнул из комнаты, Ева направилась к Стюарту. Она держала спину прямо, зная, как высоко он ценит ее силу.

Только бы он не догадался. Только бы не увидел, как я устала, как мне хочется отмотать время на восемнадцать лет назад, чтобы мы снова стали настоящей семьей.

– Я знаю, смерть Коры стала для тебя ударом. Мне тоже больно. Позволь мне скорбеть вместе с тобой. – Она остановилась перед ним и нежно коснулась его руки.

Он накрыл ее ладонь своей.

– Моя маленькая нубийская принцесса. Ты знаешь меня гораздо лучше, чем твои братья.

– Ну, как ты и говоришь уже много лет – одна женщина стоит трех мужчин.

– Вообще-то это Кора сказала, – поправил ее отец.

Улыбка осветила его морщинистое лицо и как будто стерла несколько лет из его семидесяти двух. Еву захлестнула волна воспоминаний, и из глубин памяти всплыл сильный, счастливый голос Коры. Рик Стюарт, я официально заявляю, что ты выше и красивее, чем Лоренс Фишберн.[13 - Голливудский актер, продюсер, широко известный по роли Морфеуса в культовой трилогии «Матрица».

]

– Я знаю. Я помню, – тихо сказала Ева. – Хотя она и не догадывалась об этом, но я ее любила. Пусть она не знала этого, я все равно считала ее своей матерью.

Темные глаза Стюарта зажглись опасным блеском.

– Я же просил тебя никогда не говорить об этом!

Ева отпрянула.

– П-прости, отец. Но сейчас мы одни.

Стюарт вздохнул и нежно похлопал ее по плечу.

– Нет, это ты меня прости. Пойми, правда о твоем происхождении должна остаться нашей тайной.