Отмеченный сигилом 2. Сибар.

Доношу до вашего сведения, сударь, что согласно указу, представитель клана джарахов в исключительных случаях вправе вынести вердикт на свое усмотрение, будучи ограничен лишь клятвой Каменному трону, уставом клана старейшин и собственной совестью, — человек перевел дух, а Крыса переспросил:

— …совестью?

— Согласно рассмотренным мной обстоятельствам и будучи непосредственным свидетелем злодейского умысла, что планировался в составе шайки под вашим прямым руководством, я уполномочен донести до вашего сведения…

— …сведения?

— …следующий момент перед непосредственным исполнением приговора, о коем вы обязаны быть оповещены, сударь.

— Приговора? — Крыса внезапно сумел вычленить главное, — с ним вот-вот должны были сделать что-то нехорошее.

— Выбранный мной способ наказания обусловлен вашим главенствующим положением внутри шайки, вашим явно выраженным довольством от планируемого злодеяния в отношении этой молодой женщины и ее мужа, а также вашей неспособностью отойти от столь мерзопакостных деяний в угоду служения аламийскому обществу.

Вам ведь не впервой приходится заниматься подобными вещами, неуважаемый мною сударь?

— Нет, не в первой, — подтвердил Крыса. — Раньше привычно в Арвине промышляли, а ужо как две зимы в Сибаре орудуем, — пожевав губами, он посмотрел, как лежащий неподалеку труп в последний раз взбрыкнул ногой и поправился. — Орудовали.

— Что подтверждает правильность вынесенного мной решения. В связи с этим, я — барон Лаен Тарк, как верный джарах Его Императорского Величества, беру на себя всю полноту ответственности за исполнение приговора и наказания лица, что было признано мной же виновным в ходе скоротечного, но очевидного разбирательства…

Человек неторопливо расхаживал от одной стены переулка до другой и произносил свою речь рутинно и монотонно, словно уставший глашатай.

Внезапно он остановился, вытащил из рукава длинную плеть и глядя в пустоту странно произнес:

— Марта, давай. Сделай как тогда, в Пытлинках.

В этот момент Крыса испытал сразу два чувства.

Во-первых, невероятное облегчение от того, что чужак не потянулся за стилетом — подумаешь, плеть, проваляется максимум до зимы, пока раны на спине не заживут. Во-вторых, теперь он знал, как зовут замершую рядом с ним девицу. А к кому этот странный человек, скорее всего лимитат, мог еще обращаться в этом переулке? Марта, значит, запомним, к-хе...

Бывший актер с удовольствием покатал на языке ее имя. Когда его спина вновь обрастет кожей, он непременно разыщет ее.