Заклинатель четырёх стихий

В горы ехал, где погода может так дуркануть, что красивые бархатные бриджи примёрзнут к заднице, а ноги в изящных сапогах из тонко выделанной кожи превратятся в звенящие ледышки.

Поэтому выбор очевиден. Простая крестьянская одежда, известная с незапамятных времён, в этом случае побеждала с абсолютным преимуществом. Да и перед девушками красоваться не придётся.

Эдик на минуту отвлёкся на такие мысли. Эх, девушки. Горячая молодая кровь периодически вырывалась из-под контроля и требовала своего. Особенно когда нагрузки ослабевали, и время свободное появлялось.

В пещере было проще справляться с естественными желаниями. Там наставник спуску не давал, некогда было думать об удовлетворении плоти. И сил не оставалось, что вернее. В замке стало с этим делом сложнее бороться. Особенно если учитывать, что Идоя и Амэда проявляли к нему недвусмысленный интерес.

— Что-то я не о том думаю, — встряхнул головой Эдик и поправил треух, — в этих горах девушек нет, на этом и остановимся.

Знал бы он, как ошибался.

Глава 26

Снегопад прекратился, придавил морозец, что, впрочем, не мешало Штопору продолжать движение в прежнем ритме. Для мархура горы — всё равно что для рыбы вода. И даже лучше. С камня на камень, с уступа на уступ. Где прыжками, а где перебежками — для горного козла здесь непреодолимых преград не было. А если такие и попадались, то для чего же ещё нужен хозяин-волшебник?

До конечной цели оставалось рукой подать. Через вон ту гряду перевалить, и на месте. А дальше, если в ущелье спуститься и пройти по нему километра три, то как раз к Батогам можно выйти и выйдешь.

А если бы по торной дороге пошли, то и половины пути не преодолели за это время. Это к тому, что ездовой мархур в горах незаменим.

Снежное покрывало, пока ещё не растрёпанное ветром, никому не оставляло шансов для незаметного передвижения. Любая пешеходная тварь, появись она здесь, по-любому наследит за собой. Эдик внимательно оглядывался и не находил причин для беспокойства.

Как минимум два часа, здесь не проходил ни человек, ни портальная тварь.

Кругом девственная чистота, тишина и спокойствие. Разве что, какие-то мудаки резину от "КамАЗа" решили здесь выбросить. Да ещё новую, к тому же.

На гребне скалистого излома лежала груда покрышек от большегрузной техники. Блестящие чёрные, они разительно контрастировали с бесконечно-белым безмолвием. Можно было разглядеть редкую щетину коротких ворсин на глубоком пятачковом протекторе.